— Иногда враги маскируются под хороших парней, — отвечаю я вместо этого.

— Что это значит?

— Это значит, что мэр был коррумпированным сукиным сыном, который охотился на невинных женщин. Одной из них была Райан.

Она напрягается.

— Он пытался взять то, что ему не принадлежало, и мой брат позаботился о том, чтобы он за это заплатил.

— А шериф? — спрашивает она дрожащим голосом, почти боясь услышать ответ.

Не отрывая от нее взгляда, наклоняюсь вперед и облокачиваюсь на колени.

— Сорок лет назад этот ублюдок прижал моего отца к земле на кукурузном поле и прижигал его огнем.

Раздается едва слышный вздох, и в ее глазах появляется ужас.

— Он отрубил ему пальцы и избивал до тех пор, пока не превратил в месиво.

— Почему? — выдыхает она вопрос. — Что заставило его причинить человеку такую боль?

— Потому что он полюбил белую женщину.

Она вздрагивает, как от удара, осознав мои слова.

— Гвен, — имя вырывается у нее шепотом.

Я не утруждаю себя подтверждением или опровержением, поскольку она уже знает ответ.

По ее щекам катятся слезы, которые она до сих пор сдерживала, лицо искажено той же острой и явной болью, как и в тот день, когда я ее нашел.

Встав с кресла, подхожу к ней и опускаясь на колени. Кладу руки на ее стройные бедра, не в силах подавить потребность прикоснуться к ней, даже таким простым способом.

— Они были врагами, Алиса. Причиняли людям боль и страдание. Представляли опасность для мира, и оба за это заплатили. Точно так же, как заплатит тот, кто сделал это с тобой. Кто причинил тебе боль. Он пожалеет, что поднял на тебя руку.

Разрывающий душу взгляд голубых глаз ловит каждое слово, пока с ее губ не срывается тихое рыдание, и она не обнимает меня за шею.

— Спасибо, — всхлипывает она. — Спасибо, что не бросаешь меня, что оберегаешь.

Слезы, стекающие по моей шее, обжигают кожу, как кислота. Я нежно обнимаю ее, притягивая ближе.

— Пока я дышу, ты всегда будешь в безопасности.

Алиса

Хлопковые поля проплывают мимо, как туман, по мере того, как мы приближаемся к городу. Я смотрю в боковое окно, теряясь в мыслях из-за всех событий последних нескольких дней.

Брэкстен очень хорошо заботился обо мне, как и обещал. Меня вкусно кормили, заставляли больше отдыхать, Ханна Джей забегала навестить с новыми книгами, я не делала ничего другого, кроме как позволяла своему телу исцелиться. Только сегодня утром я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы покинуть ферму.

После нашего разговора с Брэкстеном на крыльце, я поняла, что была права с самого начала. Он и его семья — хорошие люди. Даже Нокс, несмотря на то, что я, похоже, ему не очень нравлюсь.

Все, что сказала Линда, было отчасти правдой, но также было неправильно истолковано. Все мальчики пережили в прошлом тяжелые времена, и они сформировали их такими, какими они есть сегодня. Напряженными и настороженными, но в то же время отчаянно преданными, особенно друг другу.

У меня до сих пор сердце обливается кровью от мысли, через что им пришлось пройти, и как поступили с Тэтчером. Я рада, что, в конце концов, они нашли друг друга, и, если быть совсем честной, я рада, что Брэкстен нашел меня.

Мне трудно засыпать, не зная, кто ты такая. Задаваясь вопросом, волнуется ли обо мне кто-нибудь. Но в ту ночь я легла спать с уверенностью, что в этой жизни, где так много неопределенностей, одно остается неизменным: Брэкстену я небезразлична, и он есть у меня.

По крайней мере, на данный момент.

— Этим утром ты далеко, Алиса. Заблудилась в Стране Чудес? — глубокий, насмешливый голос вызывает теплую дрожь и привлекает мое внимание к тому самому мужчине, которым поглощены мои мысли.

Мне нравится используемая им отсылка, даже когда он называет меня Страной Чудес. Это более чем уместно, потому что с момента пробуждения я действительно чувствую себя так, словно провалилась в кроличью нору. Затерялась в Стране Чудес, которая вывела меня сюда, к этому человеку.

— Все в порядке? — интересуется он.

Я одариваю его ободряющей улыбкой.

— Да, все в порядке. — Откинув голову на спинку сиденья, не отрываю глаз от его красивого лица. — Так куда ты все-таки меня везешь?