Внезапно из коридора донесся незнакомый мужской голос.

– Только ненадолго, – ответила Хульда. – Госпожа Шмидт всего несколько дней как родила, ей нужен покой.

Из кухни послышались шаги, и кто-то забарабанил в дверной косяк тем же требовательным стуком.

Лило испуганно подпрыгнула, когда через секунду в спальню вошел мужчина и, не говоря ни слова, протянул ей полицейский значок. На полицейском была не синяя форма, которую носят уличные патрульные, а расстегнутый пиджак и брюки со стрелками. Галстук сидел криво, словно его завязывали в большой спешке. Мужчина заметил, что на нем шляпа, и торопливо снял ее.

– Госпожа Шмидт? Меня зовут комиссар Карл Норт, я из криминальной полиции. Мне нужно задать вам несколько вопросов. – Он вытащил блокнот, как будто хотел записать каждое слово, которое услышит.

Лило неуверенно кивнула и оглянулась на Хульду, молча прося о помощи. Лежа на мятых подушках со спящим ребенком на груди, она чувствовала себя голой и уязвимой. Хульда быстро оценила ситуацию и сказала:

– Не могли бы вы подождать нас на кухне, господин Норт? Мы присоединимся к вам через минуту.

На лице комиссара промелькнуло негодование. «Похоже, терпение не входит в список его добродетелей», – подумала Лило. На мгновение ей показалось, что он хочет возразить, но госпожа Хульда смотрела на него тем же пронзительным взглядом, каким смотрела на Лило, когда та осмеливалась не допить чай или плохо делала гимнастику. Поэтому Лило знала, что комиссар уже проиграл бой.

Кивнув, он подчинился и скрылся за дверью.

Хульда забрала у Лило ребенка и осторожно положила его на кровать. После того, как Лило встала и привела в порядок одежду, обе девушки прошли на кухню. Хульда усадила Лило и жестом предложила комиссару взять стул, но тот ходил взад и вперед и, похоже, был не в настроении садиться. Пожав плечами, Хульда направилась к раковине и поставила чайник кипятиться. Лило тем временем изучающе рассматривала комиссара Норта.

У ее Вольфи, с гордостью подумала она, хорошая наследственность, но этот мужчина был отрадой для глаз: красиво очерченное лицо с высокими скулами, полные губы, светло-зеленые глаза, казавшиеся почти прозрачными за круглыми стеклами очков. Светлые волосы спускались до середины ушей, но когда комиссар нервным жестом откинул их назад, можно было увидеть залысины. Они заставляли комиссара выглядеть старше, чем он, вероятно, был, и придавали ему солидность, странно сочетающуюся с мальчишеской улыбкой, которую он послал Лило. Видимо, комиссар решил, что обаянием добьется большего, чем с продемонстрированной ранее строгостью.

– Поздравляю с новорожденным, – сказал он, и Лило поняла, что этими словами комиссар пытался расположить ее к себе. На самом деле Конрад его ни капельки не интересовал.

– Спасибо, – сдержанно отозвалась она. – Чего вам от меня нужно?

Улыбка исчезла, будто ее стерли с лица.

– Вы знали Риту Шенбрунн? Она жила в квартире напротив.

Лило кивнула, чувствуя, как сжалось горло.

– Когда вы видели ее в последний раз?

– Точно не помню. За пару-тройку дней до рождения Конрада. – Лило указала на спальню. – Последние несколько дней перед родами я не выходила из квартиры, а потом она уже… – Она запнулась. Ей не хотелось произносить этого вслух.

– Постарайтесь, пожалуйста, вспомнить поточнее, – холодно сказал комиссар Норт. – Это важно.

Лило призадумалась и нервно затеребила пальцами блузку, заметила это и сложила руки на коленях.

– Наверное, в воскресенье, – наконец сказала она. – Помню, я ждала возвращения Вольфи – это мой муж… В субботу он работал во вторую смену и его не было всю ночь. В воскресенье утром он не пришел, я очень расстроилась и пошла к Рите. Она заварила чай, и мы немного поболтали. Потом она подарила мне шапочку для ребенка и сказала заходить к ней в любое время, но…

У Лило сорвался голос, и она замолчала. Хульда подошла к столу и поставила на него две чашки, от которых исходил пар. По помещению поплыл запах свежезаваренного кофе, и Лило подумала, что госпожа Хульда в своем репертуаре: потрудилась приготовить кофе даже для такого чурбана, как этот комиссар.

Хульда успокаивающе погладила Лило по спине, и, почувствовав тепло ее руки, та подняла голову.

– Вы просто обязаны найти того, кто это сделал! – воскликнула она и сама удивляясь горячности, прозвучавшей в ее голосе. – Рита была хорошей женщиной! Она такого не заслужила.

– Почему вы думаете, что ее убили?

Лило уставилась на комиссара во все глаза.

– А разве нет?

Она растерянно посмотрела на Хульду. Та стояла у окна, словно показывая, что не участвует в разговоре, но придет на помощь, если Лило что-то понадобится.

Комиссар Норт слегка прикусил ноготь на руке. «Почему он так нервничает?» – озадаченно спросила себя Лило.

– В настоящее время мы предполагаем, что госпожа Шенбрунн совершила суицид. Ни семьи, ни средств к существованию, к тому же покойная была представительницей сомнительной профессии. В этом жалком городе она не первая, кто решил свести счеты с жизнью. Но есть кое-какие несоответствия, которые нам необходимо прояснить перед тем, как закрыть дело. – Он смахнул на пол кусочек ногтя.