Сигнальные системы подвижников уловили его движение и пробудили своих хозяев. Утро выдалось морозным. По внутренним ощущениям — около минус двадцати, но здешняя голая земля давно не знала снега. Теперь практически любая погода стала для них комфортной.

Камиль улыбнулся. Он автоматически считал счастливые дни его новой жизни — с тех пор, как возглавил армию божию. Сорок восемь. А столько уже сделано. Их крестовые походы только начались, как Господь его уже похвалил.

— Ты сам знаешь истинный путь, сын мой, — как обычно голос его бога звучал в голове.

Он всегда пребывал в блаженном настроении, когда Творец общался с ним. Так было и в тот раз.

— Да, Боже. Пройдя долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что ты со мной. Благодарю тебя, Господи, за право быть твоей десницей и направлять людей, рабов твоих, на путь истинный.

— Рабов моих… — вторил ему голос в голове.

— Показать им что в царствие твоем не будет войн, а будет только райский сад и гармония. Нужно только покаяться и принять тебя, господа нашего. Принять всем сердцем, душою и телом. Отдаться полностью твоей власти, тогда обретут они спасение с именем твоим на устах.

— Да, сын мой, именно так — с именем моим и в царствии моем. Ты успешно нес слово мое к резервациям. Сейчас же хочу, чтобы ты продолжил свой путь, но обратил взор на недавнее формирование вероотступников — их разведывательные отряды, которые разрушают с особым тщанием и рвением все то, к чему мы стремимся. Надо усмирить их рвение. Обрати в истинную веру столько отрядов, сколько сможешь. А необратимых — верни в царство мое принудительно. Смертью да очистятся они и прощены будут.

— Ты милостив, Господи. Зная это, мы с радостью будем исполнять волю твою, так как все всё равно попадут в рай. Это ли не пример всепрощения!

— А видео очищения нужно транслировать в их резервации. Чтобы одумались не только отряды, но и остальные. Не всех же подвергать очищению. Мы должны дать людям шанс одуматься. Позже я покажу как отправлять записи в резервации.

Сперва пытки показались не только его подвижникам, но и ему самому дьявольским действом. Но верно рассудив, монахи пришли к всеобщему мнению, что всё в этом мире от Бога, в том числе и Дьявол. А если есть его проявления, значит они нужны Богу. Получив подтверждение своих мыслей от самого Творца, и обсудив это с разных сторон, они успокоились и пытали пленных с особым рвением. Ведь только через страдания и искупление вины отступнику веры мог дароваться вход в царствие божие. Это лучше, чем вечность вариться в аду. С тех пор они старались захватить бойцов живыми. Ибо через боль познают они Бога в себе.

Он посмотрел на своих подвижников. Благодаря мантиям им даже не нужно разговаривать. Поэтому Монти не пришлось нарушать свой обет молчания — они на связи друг с другом мысленно на любом расстоянии.

Ракита долгое время пребывал в блаженном экстазе от того, что видел Бога и владеет божественной вещью — мантией. Сперва Камиль подумал, что зря взял с собой Ракиту, но когда парень успокоился, пользы от него стало больше.

Рогдай всегда оставался верным другом Камиля, поэтому сомнений о нем даже не было. Отличный мечник, кузнец, крепкий муж и страстный защитник веры. Благодаря ему у остальных появились мечи, подогнанные по руке, да и сталь особая. В крепкой руке их клинки могли перерубить стандартное оружие вероотсупников. А руки у них у всех сейчас крепки. Мантия позволяла без устали носить тяжелые вещи, или очень долгое время быть на марше.

Толстяк Милан флегматично воспринял весть о том, что он теперь в отряде десницы Господа нашего. Если Господь избрал его, значит он сделает все, чтобы оправдать доверие. О большем и говорить не имело смысла. Человек дела. Очень хорошо, что он с нами.

Ослан — один из первых подвижников, очень стар, но все так же оставался крепок даже без мантии. А с ней и вовсе стал грозным противником. Тоже воспринял спокойно весть об избрании, как будто ждал ее и был готов.

Их цель — поиск резерваций и устрашение их жителей. Вокруг резерваций постоянно находились боевые подразделения, поэтому они редко уходили с пустыми руками. Уже три резервации воочию узрели, что будет с вероотступниками. А видео об этом они отправили во все резервации этого полушария. Господь показал, как обходить киберзащиту резерваций, благодаря знанию кодов инженеров, разрабатывающих ее.

— Святой отец! Я тут думал, думал, и у меня возникла мысль, — неугомонный Ракита нагнал его, пошел рядом. — Почему мы отправляем видеозаписи очищения посредством человеческих изобретений? Ведь Господу, — он осенил себя крестным знаменем, — ничего не стоит сделать так, чтобы вообще все увидели процесс очищения и покаялись. Поэтому…

Иногда Камиль жалел, что взял с собой юнца. Двенадцать лет все же не тот возраст, чтобы воевать. Но с другой стороны борьба за веру не должна знать границ ни в поле, ни в возрасте. Во время атаки божьей армии (сейчас-то Камиль понимал, что это не атака вовсе, а быстрый способ попасть праведникам в Рай) Ракита постоянно вертелся возле него, подносил стрелы, смолу, помогал делом как мог. В итоге Камилю пришлось защищать его, когда их окружили. Не за себя тогда боялся Камиль, а за людей своих. В том числе и за этого несносного подростка.

— Прекрати! Нам не дано постичь весь замысел Господа нашего. По моим мыслям, выходит так, что господь старается демонстрировать меньше чудес, потому что с ними поверить легче всего. Этому не будут предшествовать размышления, осознание и покаяние. То есть уверую, когда увижу фокус — это не про истинную веру. Истинная вера не нуждается в доказательствах. Поэтому пользуемся изобретениями человека…

— А как тогда…, — попробовал перебить его Ракита.

— С частичкой божественной воли, — с нажимом закончил Камиль.