Я молчал, и он пробормотал:

– Думаю, я влюбился.

Я нахмурился в сомнении.

– Уверен? Вы ведь вместе всего пару недель.

Кевин раздраженно посмотрел на меня.

– Ты слышал, чтобы я так говорил о девушках?

– Нет.

– Тогда я уверен.

– Кев, – я уперся локтями в колени, – просто повремени. Ты не мог так быстро влюбиться.

Он фыркнул с сарказмом.

– Что?

– Ты-то… – он покачал головой и пронзил меня взглядом. – Ты не должен давать мне советы об отношениях.

Это ранило.

– Что, прости?

Он поднёс бутылку к губам, потом посмотрел на огонь.

– Не важно.

– Нет, – нельзя было сказать такое и думать, что я забуду. – Что ты пытался сказать? – у меня не было особых достижений с женщинами, но кое-что я знал. Пусть Кевин попробует выпутаться.

Он глубоко вдохнул, понимая, что стоило молчать. Он придвинулся к краю стула, ближе ко мне. Он опустил бутылку на пол и сказал:

– Начнем с Моники. Образец А.

О, вот как.

– Так не честно. Она уехала в колледж. Я не виноват, – мы с Моникой немного встречались, когда мне было девятнадцать. – Мы и полгода вместе не пробыли.

– Но, – Кевин поднял палец, – это были твои первые серьезные отношения после Эддисон.

Я напрягся от ее имени. После стольких лет это не должно было влиять на меня, и я нахмурился.

– У нас с Моникой было несерьезного. Мы просто шалили.

– Что она тебе сказала, уходя? Что заставило ее уйти?

Я не мог поверить, что это помнил.

– Она сказала, что я не любил ее, – так и было.

– Ладно. Переходим к Кортни.

– Серьезно?

– Вы встречались два года! Это считается отношениями.

Я кивнул, но возразил:

– Она меня бросила, а не я, – я помнил тот день, она сказала, что родители свели ее с другом семьи. Она встречалась с Эриком несколько недель, а я и не подозревал. Она не врала, когда сказала, что я уделял ей мало внимания. Так и было.

– Кортни надоело разбираться с твоими заскоками, – сказал Кевин. – Ты о ней не думал.

– Мне было двадцать два! Я не был готов осесть, – я не изменял ей, но я ходил с парнями на тусовки, если звали. Я ходил на игры. И я старался начать бизнес. – Что еще?

Брат вздохнул.

– А Джен?

Я удивился этому вопросу. Он не мог знать о Джен, она только вчера забрала последние вещи.

– А что она?

– Она ушла.

– Откуда ты знаешь?

– Ты забыл, что мы дружили раньше.

Джен говорила с братом за моей спиной. Мне было любопытно, но при этом я злился.

– Что она сказала?

– Что пыталась, Кайл. Она пыталась.

Я не мог управлять сарказмом.

– Но разрыв – не попытка.

– А чего ты ожидал? – Кевин вскинул руки. – Каждый раз, когда она говорила тебе, что любит тебя, ты говорил лишь «я тоже». После трех лет попыток ей тоже хотелось услышать эти слова. Даже я это понимаю.

– Ладно, доктор, – фыркнул я и посмотрел на банку в руках. И хотя он говорил правду, мне не нравилось, что младший брат отчитывал меня. Еще рано. Джен ушла двадцать четыре часа назад. А еще смерть бабушки и воспоминания у озера. Октябрь был ужасным.

– Может, её уход наконец поможет тебе понять, что ты делаешь не так.

Я посмотрел в глаза Кевина.

– Думаешь, я хотел, чтобы она ушла? Я просил ее дать мне время все наладить, но этого было мало. Она хотела большей связи, немедленный ответ. Я не смог этого ей дать, и она бросила мне в лицо смерть бабушки, сказала, что из-за потери близкого человека я должен понять, что жизнь коротка.

Джен не сказала этого Кевину. Он растерянно моргнул, глядя на меня.

– Я не собирался делать ей предложение под давлением.

Кевин провел рукой по волосам и откинулся на спинку стула.

– Она сказала, что тратила время. Что она заботилась о тебе больше, чем ты о ней.

Это могло быть правдой, а могло и нет. Я бросил пустую банку в огонь, и пламя лизало ее бока. Я заботился о Джен, нам было весело вместе, и я не хотел её обидеть. Но я не любил ее. Не так, как ей было нужно.

– Послушай, – тихо сказал Кевин. – Не стоило поднимать эту тему. Но мне не нравится, что у тебя повторяется одно и то же.

– Что же?