Струя желтой, едко пахнущей жидкости выплеснулась вперед - так брызгаются детишки на пляже, набрав в бутылки соленую воду. Перед платья и волосы моментально промокли, темные пятна поползли по юбке к подолу. Удивленная старуха поднесла ладони к лицу, понюхала воздух, на раскрасневшемся лице читалось недоумение. Брезгливо подняв подол, она остановилась, беззвучно зашевелила губами. Послышался согласный топот сотен когтистых лапок. Но крысы не успели.

Ромка выстрелил ещё раз, целя в бензиновую лужицу на асфальте, и тотчас полыхнуло. Повалил дым, раздался вопль страха. Дети остановились, не смея надеяться - неужели им повезло? Нет, огонь не задел старуху, она побежала прочь, громко топая, охая на каждом шагу.

– Поджигай!
– скомандовал Лешка.

Фитили занялись ровным неярким пламенем. Высоко держа факелы, дети пустились в погоню. Впереди мчался Ромка - он выстрелил ещё раз и опять промазал. Яна опять замешкалась. Она подобрала брошенный факел и с минуту пугливо тыкала в пламя, прежде чем пакля зажглась. Одноклассники уже скрылись за углом, девочка последовала за ними, сперва медленно, потом легко - открылось второе дыхание, включился звериный запал охоты.

Вслед за взлохмаченной, жуткой старухой дети пересекли улицу Победы, вспугнув ранних воришек. Мародеры побросали свои тюки и расточились кто куда с воплями "Помогите, полиция!". Возле гостиницы заверещали "Пожар! Пожар!" - не иначе, огонь перекинулся на ближайшее дерево. "Врача! Скорую" - вторил чей-то отчаянный крик. Но дети были уже далеко.

Резво перебирая ногами, старуха свернула в проулок перед Советской, в царство платанов, ветлы и непуганых кошек. Она имела все шансы потеряться между обшарпанными пятиэтажками, скрыться в одном из прохладных и скверно пахнущих подъездов, забиться в подвал или на чердак. Хватило бы одной ошибки преследователей...

Шарахнувшись от случайной машины старуха ввалилась в железные, цельнокованые ворота и оказалась в квадратном дворе ветклиники - голый бетон, закрытая аптека, пара машин, крытое крыльцо клиники, замки на дверях, решетки на окнах. Ни единого выхода. Случайный посетитель скрылся под навес, держа на руках питомца.

С азартными криками дети вбежали во двор. Они размахивали факелами, отжимая свою жертву в дальний угол. Упрямый Ромка прицелился ещё раз, но опустил пистолет, вовремя поняв, что при промахе пуля отрикошетит от ближайшей стены. А вот камень с легкостью попадет в цель!

Под градом щебня и мусора старуха съежилась, плюхнулась наземь, закрывая подолом голову. Она хрипела и бормотала что-то невнятное, смердела гнилью, бензином и старостью. Враз освирепев, Мухтар залаял, начал рваться с поводка. На всякий случай Костя привязал пса к воротам.

Час победы настал.

Дети переглянулись - кто первый ткнет факелом в поверженного врага, подожжет рваное платье и огненно-рыжие волосы. Кто убьет чуму, уничтожит её навсегда? У Яны дрожали губы, пот и слезы прочертили дорожки на перепачканном сажей лице. Таня поглаживала расшибленную коленку - ссадина заныла всерьёз. Хмурый Костя держался поодаль - ему вдруг показалось, что беспомощная старуха похожа на его мать. Ромка зверел - бледный, хищный он бросал камень за камнем, казалось ещё немного и кинется врукопашную.

"Я" подумал Лешка. "Это сделаю я. Гори огнем, чума!".

Чадящий факел уже собрался тухнуть, но Лешка крутнул палку и оживил пламя. И прищурился, оценивая расстояние. До старухи шага четыре, можно швырнуть и отбежать или подойти и поджечь наверняка.

– Во что вы играете, дети?
– из-под навеса вышел седой мужчина с роскошной бородой. За ним, топоча копытами по асфальту, следовал белый козленок. "Это ж пастух!" вспомнил Лешка:

– Мы поймали чуму, дедушка! И хотим её сжечь! Тогда болезнь уйдет из города.

– Чумой заболел мой брат, - продолжил Ромка.
– В больнице говорят, он умрет. Я хочу, чтобы чума тоже умерла насовсем.

– Я видел римского легионера, и он сказал мне "огонь" - так прогоняют заразу, - довершил рассказ Лешка.

– И когда ты его видел?
– осведомился бородач.

– Вчера.

– А когда по-твоему здесь были последние легионы?

– Пятнадцать веков назад, войска Юстиниана Великого, - ответила начитанная Таня.

– Легионер не живой, - обиделся Лешка.
– Он был призрак!

– И на основании слов призрака вы хотите убить человека?
– удивился бородач.
– И не просто убить - сжечь заживо.

Раздвинув ребят, он приблизился к их жертве, помог ей подняться, утер лицо большим неопрятным платком.

– Вы уверены, дети, что эта несчастная старуха и есть чума? Она больше похожа на сумасшедшую нищенку с рынка. У вас есть доказательства ваших слов? Есть свидетели?

– Почему она носит золото, если такая бедная?
– спросил Ромка.

– Думаешь, на ней настоящее золото? Знаешь, как отличить, хочешь снять и проверить?
– парировал бородач.