Полыхая раздражением и злостью, Сирил повернулась к Клему. Тот уже успел подняться на ноги, и теперь стягивал с себя мокрый плащ.

– Видишь, что ты наделал? Почему нельзя меня просто оставить в покое?

– Сирил...- девушка почувствовала на плече ладонь Мей, - Все в порядке, Сирил. Не злись. Илия не будет возражать, если нас не будет. Мне кажется, она специально отправила нас с этими людьми...

– Зато я возражаю. Сколько лет я потратила, чтобы найти виновного в смерти и теперь вместо того, чтобы отомстить, вынуждена вернуться туда, откуда бежала все это время.

Узнать, что случилось с родными: матерью, отцом, сестрой... с братом, казалось жутким испытанием. Но в то же время было так притягательно. Может быть, и вправду за столько лет всего один раз увидеть Клиффорда не будет считаться чем-то плохим и неправильным?! Если, конечно, он ещё жив.

В задумчивости, Сирил взглянула на Клема. Тот всем своим видом выражал решительность, и чуть-чуть раскаянья. Сирил подумала, что, наконец, сделать что-нибудь для себя было бы не плохо. Ее душа требовала ответов, и банши отчаянно решила увидеть родных.

Глава двадцать четвёртая.

В ночи Болото Старух Полосы казалось ещё злее и страшнее. Мутный лунный свет осветил уже почти исчезнувшие мертвые тела банши. И только тело одной из них все ещё теплилось жизнью. Чуть посапывая от боли в груди, она медленно поворачивала голову, рассматривая трупы своих сестёр, и понимала, её время скоро...очень скоро закончится. Её и всех сестер повергли в крах. И кто? Всего лишь кучка Плакальщиц во главе с треклятой Илией! Ещё эта Сирил, чертовка с человеческим псом. Если бы не она, то их дело всё ещё жило. Через неделю мир отчистился бы от мерзких людишек.

Тогда всё стало бы идеально. Но Плакальщицы всегда были фанатами людей. Всегда верили в их честность и добродушие. Но ничего. Сирил ещё заплатит за своё вторжение в планы Старух Полосы. Вот только сил не осталось на то, чтобы причинить физический вред банши, зато... Старуха ухмыльнулась. Зато сил хватит на её человеческого дружка. И перед смертью она заберет кое-что у Плакальщицы.

Четыре охотника сидели возле костра и молчали. Удивительно, что даже Говард не сказал и слова с тех пор, как все они остановились на перевал. Юноша медленно, словно в забытье, шевелил палкой в костре в то время, как Джордан и Амфри тяжело сопели на земле, а его капитан лихорадочно шагал, то взад, то вперед, не желая останавливаться.

Внезапно Клем замер. Его взгляд устремился в темноту, туда, куда полчаса назад, скрылись Сирил и Мей. Мягкий свет от костра не помогал разглядеть в ночи фигуры банши, и Клему пришлось напрячь зрение, чтобы найти между деревьями Сирил. Странно, но теперь, когда всё было уже кончено, все мысли и всё внимание мужчины было приковано к банши. И Клем этого хотел. Ему хотелось думать о Сирил, хотелось представлять, как он найдет Клиффорда и как это повлияет на желание девушки продолжать отрицать: она больше человек, чем банши. И не должна отталкивать его...

Нет. Клем рукой прервал ход соблазнительных мыслей. У него ведь есть невеста. Невеста, у которой кроме него нет никого. Вся жизнь Арабеллы, её будущее, её репутация зависит от него. Он не сможет никогда себе простить, если все его мысли займет банши. Он не имеет права думать о ней. Ему не позволено.

Чтобы отвлечься от уже угнетающих мыслей, Клем решительно посмотрел на Сирил и тут же застыл, сдерживая в себе удивительные возгласы. Они танцевали. Мей и Сирил не слишком изящными, но резкими четкими движениями вскидывали руки над головой, и повинуясь какой-то своей внутренней музыке кружились. Клем подошел ближе, но не настолько, чтобы обнаружить себя. Нет. Движение банши были более чем изящными. Просто танец, который они исполняли не походил ни на один танец, который Клем видел.

Внезапно девушки, совершая дерзкий пируэт, упали на колени. Их головы склонились в уважительном поклоне. Клем отчетливо видел беспокойное выражение лица Сирил, ведь она стояла на коленях лицом к нему. Секунда, и из темноты вышла Илия, сияя золотыми свечениями так, словно она была самим солнцем. Но Клем помнил, как несколько ночей подряд сияла серебром Сирил, отдаваясь магии без остатка. Она была самой луной.

Сирил порадовалась жесткости земли. Это отвлекало её от мрачных мыслей. Когда Илия вышла из темноты, девушка не посмела даже шелохнуться. Ей даже не хотелось посмотреть на банши. Сирил руководил страх и полное унижение от того, что поддалась на уговоры человека.

– Ах, Сирил, подними свои глаза, - чарующе мягко сказала Илия. Несмотря на внешнюю мягкость голоса, Сирил не ощущала уверенности в том, что главенствующая банши находится в хорошем настроении. Но все же подняла голову. Илия не улыбалась, хотя и не выглядела злой настолько, чтобы начать волноваться.

– Сирил, ты лучшая из нас. И я очень горжусь тобой. Но этому должен настать конец. Ты слишком долго возишься с людьми. Для нас это вредно.

– Что стало с ними?
– Сирил не могла говорить о Клеме. Не могла произнести имена Старух Полосы. По коже пробежались множество мурашек, стало внезапно холодно, но Сирил решилась продолжить, - Что произошло, Илия?