– Ну, я знала, что в тебе есть что-то, я это видела. И вот ты полковник милиции! А ее ухажер занимается тем, что бренчит на гитаре в подъездах.

– Значит, хулиган лучше музыканта?

– Оба хороши, – немного растерялась женщина, – Найдет еще себе нормально парня… Послушай, ты же полковник! Забери его в милицию!

– За что? – удивился мужчина.

– За что хочешь, придумай, что-нибудь. Ну, хотя бы за наркотики! Посади его! И тогда не будет свадьбы!

– А если наша дочь уже успела эмм… «залететь»? – парировал он.

Женщина покраснела. Ее возмутили эти слова.

– Как это залетела?! Она же ребенок, ей всего семнадцать! Господи, думай, что говоришь!

Мужчина лишь покачал головой.

– Сейчас другие нравы. Рожают и в тринадцать. Вдруг и правда забеременела? Кому тогда она с ребенком будет нужна, если я ее жениха, как ты говоришь, посажу?

– Ну… Ну я не знаю, – женщина упрямо продолжала искать выходы из ситуации, – Ну тогда договорись с военкоматом, пусть его в армию заберут! Чтоб никак не отвертелся. Это и не тюрьма, но тоже неплохо. За два года Света успеет его забыть, доучится, сделает карьеру.

– А ты свою дочь спросила, нужна ли ей учеба и карьера? – усмехнулся Виктор, – А может, она домохозяйкой хочет стать, детей растить?

– Она еще маленький глупый ребенок, она ничего в этом не соображает!

– Тебе видней, – мужчина почти улыбнулся.

– Что значит, мне видней?

– Успокойся.

– Ах, успокоиться?! – женщина начала задыхаться от негодования. Да, в ней погибла настоящая МХАТовская актриса!

– Лида, просто вздохни поглубже и успокойся. Сначала двадцать лет ты устраивала истерики мне, теперь нашла себе новую жертву. Твою дочь.

– Нашу дочь. Слышишь – нашу, – подчеркнула она, – Когда наша дочь в тридцать лет прибежит обратно и скажет, что ее жизнь не удалась, в этом будешь виноват ты!

Мужчина пожал плечами.

– Я ее никогда не трогал и пальцем, и не обижал ни единым словом. Ты ее постоянно третируешь. Если она и будет несчастной, то виноваты в этом будем мы оба. Ты – потому что пытаешься заставить ее жить чужой жизнью, а я – потому что не мешал.

Они еще некоторое время сидели молча. Потом вдруг оба повернули головы в сторону – наверное, в дверь позвонили. Мужчина встал и пошел открывать.

Через некоторое время он вернулся. Вместе с ним в комнату вошли молодые люди – красивая черноволосая девочка, худенькая, как прутик березки, и мальчик, такой же худой, как она, патлатый, большеглазый, какой-то несуразный.

Лицо Лидии перекосилось в отвращении. Виктор оставался спокойным, он сел и продолжил пить чай.

– Привет, мама, – сказала Света. Парнишка тоже поздоровался с родителями своей невесты. Потом Света взяла его за руку и повела в свою комнату.

Мать не выдержала.

– Молодой человек, – сказала она сурово, – Как вам не стыдно появляться в этом доме?!

– Мама! – вскрикнула девушка.

– Иди в свою комнату, – гневно прикрикнула на нее мать, – Мне надо поговорить с твоим молодым человеком!

Виктор, как видно, смаковал ситуацию. Подросток покраснел, как рак, и переминался с ноги на ногу.

– Оставь нас в покое! – вскричала девушка, – Слава, проходи в мою комнату и не слушай ее.

– Я в доме хозяйка, – ответила ей мать, – А его ноги здесь больше не будет!

Женщина поднялась со своего места, она опять гневно дышала со своей роскошной МХАТовской артистичностью.

– Тогда и меня здесь не будет! – заявила ей дочь и потащила своего безропотного Славу в коридор.

– Виктор! – возмутилась женщина, глядя на своего мужа, – Сделай хоть что-нибудь, не позволь ей уйти! Она глупая, совсем не понимает, что я о ней забочусь!

В прихожей слышались всхлипывания Светы – она нервно, в истерике зашнуровывала свои ботинки. Как мало надо, чтобы обидеть молодость…

– Если ты сейчас уйдешь, – вскричала женщина, – Обратно можешь не возвращаться! Пусть твой хахаль тебя и содержит!

Мужчина допил чай, нашел на диване пульт и включил телевизор. Его интересовал футбол.

...Только что мною была прожита чужая жизнь, чужая проблему. А я люблю решать чужие проблемы, люблю анализировать их.