– Маша ,почему ты не ушла, как я тебя учил?

Спросил Маркус с сильным акцентом, но все же на русском. Маша вздохнула, и пожала плечами

– я не успела, замешкалась на секунду и все, видимо после первого факела меня вычислили и просто ждали не зажгу ли я второй, а я зажгла, ну ты сам понимаешь, для спеца сориентироваться минутное дело, пока я рот раскрыв смотрела, по голове и получила. Расскажи Маркус, что случилось, и ты Костя когда нашелся?

– я и не терялся, просто меня с этой стороны берега подобрать не смогли бы, да и послание отправить нужно было, а вторая рация была спрятана в лесу, прости Маш, но я всегда связь держал, думаю ты догадывалась. Это наш корабль в темноте ты увидела. Мы подоспели вовремя, да Маркус?

– да, вовремя. Меня взяли, сразу же, после первого факела, они шмон на корабле устроили и уже ждали, когда я подплывал. Второй факел, я уже не видел, прости , что втянул тебя в это.

Он виновато опустил глаза, слово, прости, не вписывалось в сложившуюся ситуацию, но Маша понимала бессмысленность обвинений.

– не переживай, я сама бы втянулась, ты знаешь, а дальше?

Продолжил Костя

– дальше, мы захватили буксир, освободили Маркуса и остальных ребят, и двинулись все вместе к берегу. Штурм был не долгим, но главарь со свитой пропал, видимо, кто то успел предупредить, мы искали тебя четыре дня. То что мы увидели.

он запнулся

– Прости , я недооценил противника, это все моя вина

– спасибо что нашли, я уже собиралась на тот свет.

Маша пыталась шутить, она понимала, что они чувствуют себя виноватыми и не хотела продолжать их мучений. Она посмотрела на Свету.

– как люди? Вернулись к своим домам? работе?

– да Маша все в порядке, я принесла тебе отчеты с двух заседаний, но мне говорят ,что тебе читать нельзя

– давай я посмотрю. Костя ,что делают люди с твоего корабля и почему они не приплыли раньше?

– все по той же схеме, капитан крейсера Петров Григорий Степанович, и старший разведгруппы Елизавета Прохорова вошли в состав управления поселением, строим дополнительное жилье. А не приплывали, потому что осматривали встречающиеся на пути земли , искали выживших, к тому же я доложил о пиратах напавших на испанский крейсер, они нашли его.

– и сколько их прибыло вместе с командой

– 582 человека из них92 ребенка

– обалдеть

Только и смогла сказать Маша, на Маркуса она старалась не смотреть, то зарождающееся внутри нее чувство, было растоптано Шереметьевскими расшитыми сапожками, там была сейчас полная пустота. Этот мерзкий Шереметьев все испортил. А возможно, она придумала себе то, чего никогда и не было, ведь он даже не подошел к ней и не попытался взять хотя бы за руку, напротив, был очень сдержан. Маркус будто услышал ее мысли, он поставил сумку с Катиными вещами и сказал

– Маша ,думаю тебе нужно отдыхать, я оставлю Катю у тебя, а вечером заберу, хорошо?

Она кивнула, а он вывел за собой Свету и Костю. Маша не стала спорить, она действительно устала и не могла думать об их отношениях, да и о поселении думать не хотела, она создала хороший костяк, они справятся и без нее, отложив отчеты на тумбочку стоящую рядом с кроватью, Маша положила Катюшу рядом с собой и прижала. На душе стало тепло, рядом лежал человечек, ради которого она жила и дышала, и только это было важно. Видимо она забылась во сне, когда открыла глаза, палату освещала настольная лампа, Катя спала на соседней кровати, рядом дремала медсестра. Малышка не пошла домой. У Маши слезы покатились по щекам, они лились и лились, постоянное напряжение последней недели дало о себе знать, медсестра вздрогнув, проснулась и подскочила к кровати

– что, что то болит?

Спросила она шепотом и взяла Машину руку, та замотала головой

– нет, все в порядке, только душа, сейчас пройдет

– я поставлю успокоительное, доктор предупреждал, после того, что вы пережили это нормально

Катя завертелась во сне, Маша приложила палец к губам, Юля замерла. После укола Маша опять думала о том , как тяжело ей придется выбираться из скорлупы в которую она себя успела загнать. Шереметьеву удалось осуществить его главный план и вывалять ее в грязи, и как отмыться, она пока не представляла. Слезы обиды опять покатились по щекам, она да же боялась спросить, что с ним стало, страшилась ответа. Так и уснула со слезами на щеках и конечно же не видела, как за окном на лавке сидел Маркус опершись на руку, он смотрел перед собой с глубокой печалью, понимая, какая пропасть теперь, возникла между ними.

36

ковчег

Александр читал подробный отчет присланный с побережья от капитана крейсера Петрова Григория Степановича, нынешнего руководителя операции «город». Дочитав до конца, Александр повернулся к дремавшему или делавшему вид, что дремлет Генриху.

– эта Арбатова и на нашего капитана семи морей, произвела впечатление.

– да уж Саш, хлебнем мы еще с ней лихо. Он назвал ее стойким оловянным солдатиком, а в характеристике несколько раз упоминал термин упрямая и непримиримая. Ты зря улыбаешься, это не сулит нам ничего хорошего, люди ей верят, и даже эта неудача не смогла развеять ее ореола. Она не даст тебе быть президентом, ни под каким предлогом.

– даст, не сразу конечно, но даст, я тебе обещаю. Как ни странно, но у нас с ней одинаковая мечта.

– Александр, ты пугаешь меня, тебе пора найти себе жену или хотя бы подругу, а то ты витаешь в облаках и с такими мыслями, наделаешь ошибок.

– не переживай, все нормально. И женщин в моей жизни хватает. Как там продвигаются дела на заводе? Я жду начало производства наших болидов.

– торжественная церемония открытия, назначена на послезавтра. Как ты собираешься распределять машины?