— А с пленным чего? В Дом отведем, так он ведь и расскажет про все – как вы, то есть мы, их дозорных порезали.

— Значит, мы первыми должны с ним общий язык найти, — многообещающе заметил усач.

Свист вспомнил как Орех «разговаривал» с Сонным в то утро, когда они в первый раз столкнулись с дикарями. Охотник почти пожалел раненого врага.

Ночью пленный дикарь несколько раз просыпался, дергался, пытался растянуть и даже перегрызть ремни, стянувшие ему руки и ноги. Безуспешно.

Утром Орех, Свист и Зодчий стояли у норы, решая как им поступить.

— Иди к заставе, — наконец постановил Орех. – Ты, Зодчий, уже не первый раз от этой норы к стройке в одиночку ходил, не заплутаешь. Сегодня дозор меняется, Скальник кого-то тебе с южного поста приведет, а мы попытаемся разговорить змееныша.

— Хорошо. Мои ребята все равно, не приди я, чего-то бы удумали, — он подхватил свой мешок с необходимым скарбом. – Только прошу тебя, не переусердствуй.

— Не волнуйся, — заверил его Орех.

Когда охотники остались одни, Орех вздохнул и полез в нору будить пленного. Тот брыкался и шипел сквозь кляп, когда охотник за ноги выволок его на свет.

— Как тебя звать? – медленно спросил Орех, вытаскивая кляп.

Дикарь зашипел еще громче, а потом заругался, желая демонам оказаться в пасти у Великого Змея. Орех несколько раз повторил свой вопрос, добавив для убедительности увесистую зуботычину. Красная краска на лице пленника перемешалась с кровью.

— Ну вот как его разговоришь?

Орех сокрушенно сплюнул и от души замахнулся, но Свист остановил его.

— Погоди, он нас не понимает, — напомнил молодой охотник.

Свист давно заметил, что разные слова люди говорят не одинаково, может быть дело в этом?

— Великий Змей? – спросил Свист, подражая той манере, в которой строил слова дикарь.

Красноголовый оживился, мигом уставившись на охотника.

— Великий Змей, — Свист пытался вспомнить те немногие случаи, когда слышал речь дикарей. – Великий Змей – что?

Вопрос получился, конечно, глупый, но начало было положено, дикарь откликнулся.

— Он ВСЕ, демон! Он отомстит за меня и моих братьев, — дикарь затрясся, то ли от гнева, то ли от страха. – Он пожрет ваши души, а тела обратит в болотную мразь.

— Эко оно как! – насмешливо заметил Орех.

Свист задумался, прикидывая, как вести допрос дальше.

— Ты – что?

Дикарь заморгал, удивленно уставившись на охотника.

Свист ткнул пальцем в себе грудь:

— Свист. Ты – что?

— Каварра, — гордо ответил дикарь.

— Молодец, парень! – похвалил Орех и уселся на ствол рухнувшего когда-то клена.

Несколько часов Свист задавал разные вопросы, старясь узнать как можно больше слов, которыми пользовались дикари.

— Великий Змей послали Каварра в здесь? – спросил Свист.

— Мы пришли отомстить за брата моего друга.

— На кого мстить?

— Вам, демоны. Вы вторглись в наш лес, убивая моих соплеменников.

«Болтливый какой – это хорошо» — подумал Свист.

— Но мы согрешили перед Змеем, сами бросившись в погоню, за нашу гордыню и были наказаны. Змей уничтожит вас, и люди змея забудут, что когда-то землю топтали такие уродливые полулюди.

— Мы не люди? – Свист даже удивился.

— Нет! Люди только мы, народ Великого Змея, а вы бесполые сыны демонов. Вас рождают подземные чудовища, извергая в каменные лона.

— Это он про норы, мол, мы там новичков находим, — как бы сам себе отметил Орех.

— Откуда он знает? – Свисту стало как-то не по себе.

— Не мандражируй, парень, пускай лучше гаденыш нас боится, считая демонами.

— Кто тебе это рассказывал? – Свист снова заговорил по–дикарски.

— Верховный Жрец поделился своей мудростью с шаманами, а те предупредили народ змея.

— Самый высокий… главный у народа змея Верховный Жрец?

— Да. Он рассказывает нам волю Змея.

— А шаманы?

— Шаманы – избранные слуги Верховного Жреца. Лучшие люди, — Каварра опустил голову. – Я тоже должен был стать шаманом когда-нибудь.