Смысл его жестов не ускользнул от Рейналя, потому что он неожиданно помрачнел.

– Старик, уже почти шесть часов! Надеюсь, ты не рассчитываешь заставить меня работать сверхурочно. Я должен ужинать у тещи!

– В таком случае, ты не очень на меня рассердишься. Признайся, что я окажу тебе услугу, помешав пойти туда.

– Ты ведь говоришь это не серьезно, а? – сказал Рейналь плаксиво. – Она прекрасно готовит и на этот вечер обещала нам рагу из бобов с гусем, запеченных в глиняном горшочке.

– Это пища слишком тяжела для желудка! – сказал Дебур с непререкаемым простодушием.

Рейналь пошел в свой кабинет, бурча под нос то, что не осмелился сказать своему начальнику.

– Мне не звонили? – спросил Дебур.

– Нет, никто! – ответил Рейналь с мстительной усмешкой.

Упрямому молчанию Надин на сей раз не удалось омрачить настроение Дебура. Он, как никогда прежде, чувствовал себя прекрасно и улыбался улыбкой боксера, уверенного в своей победе. Он достиг того решающего момента в расследовании, когда оно возбуждало его сильнее, чем какая-либо женщина.

Как только у него появится немного времени, он без предупреждения явится к Надин, решил он. Он был полон такой веры в самого себя, что был уверен так же одержать победу и над ней. Разве какая-нибудь женщина могла устоять перед победителем!

Кто-то постучал в дверь, прерывая его мечты, и, не ожидая ответа, резко распахнул ее, как будто бы вышиб дверь, если бы она не открылась сразу.

Это был Леже, лицо которого стало багрово-синим.

– У твоего негритенка влиятельные друзья! – воскликнул он, задыхаясь от ярости. – Мне сейчас позвонили из префектуры и отчитали, как какого-нибудь мальчишку! По всей видимости, американское консульство подало жалобу. Ты был тогда со мной, Жерар, ты же видел, что я ему ничего не сделал, я даже волоса не тронул на голове этого мерзавца! И он, без убедительных доказательств, обвиняет меня в том, что я подверг его грубому допросу... унизительному, как он выразился! Если бы я, как и хотел, засадил его в тюрьму, у меня было бы столько доказательств, что хоть лопатой греби!

– Я тебя предупреждал, чтобы ты действовал осторожно, – выговаривал ему Дебур, не без труда принимая отеческий вид. – Однако влиятельные друзья не у него, а у его приятеля, господина Шварца.

– Еврей, это меня не удивляет!

– Чтобы утешить тебя, скажу, что именно его я хочу засадить в тюрьму! И уж у меня будут доказательства. А если он не расколется, рассчитывай на меня. Я быстренько направлю его к тебе. Ты можешь так допросить его, что он превратится в рагу, и его ты предложишь нашему другу Рейналю, который из-за него сегодня вечером не попробовал этого блюда.

– Я скорее сделаю из него фрикассе, если он попадется мне в руки, – мечтательно сказал Леже.

Он сообщнически подмигнул Дебуру:

– Надеюсь, ты сдержишь свое обещание?

Уходя, он тихо прикрыл за собой дверь.

– Что нового о Сандерсе? – спросил Дебур, как только Леже вышел из комнаты.

– Он вчера вернулся от Шварца к полуночи, – сказал ему Рейналь.

– Было около четырех часов вечера, когда он вышел от Боттомуорта. Я спрашиваю себя, что он мог делать в этот период времени. А сегодня?

– Он был весьма благоразумным и не попытался от нас скрыться. Он пошел повидаться с мадам Мерфи около 11 часов, они позавтракали в китайском ресторане на улице Сэн-Сюльпис. Затем они пошли во Французский союз за двумя американскими студентками, которых они привели в "Купол". Роллан должен с минуты на минуту позвонить мне, чтобы рассказать последние новости.

– Скажи ему, чтобы завтра утром он оставил Кайо следить за Сандерсом, а сам отправился на завод Шварца. Ты найдешь его адрес, это в Сюрене. Пусть он узнает, используют ли они известь, и если да, пусть он посмотрит в управлении, не получали ли они новой партии или не поставляли ли ее кому-нибудь в окрестностях в день преступления?.. Теперь другое: ты опросил грузчиков, которые приезжали к соседу Сандерса?

– Да.

– Консьержка сказала мне, что они уехали с большим ящиком. Ты не справлялся, куда они поехали потом?

– Я записал все, чем они занимались в этот день.

Рейналь порылся в своих папках и принес листок, аккуратно отпечатанный на машинке.

– Они уехали из Севра около полудня, чтобы явиться к господину Имберу, на улицу дю Шато в Нейи.

– Я бы хотел знать, что было в этом ящике, кто такой этот Имбер и чем он занимается. А также, откуда мебель, которую они доставили в Севр.

– Все это есть в моем отчете.

Кустистые брови Рейналя поднялись вверх, и стали видны его черные глаза, искрившиеся хитро и радостно.

– У меня для тебя хорошая новость... Известь была с завода Шварца.

Дебур с наслаждением вдохнул в себя дым от сигареты, максимально растягивая это самое волнующее мгновение. Как же он в такие минуты любил свою работу!

– Прежде всего, – решил он, спускаясь на землю, – позвони Гюйо в территориальную бригаду, чтобы попросить у него подкрепление. Мне нужны четверо парней. Пусть они будут там завтра утром в восемь часов.