Баталов отпихнул бластер ногой.

Леса на Крикке напоминали экваториальные леса Земли. Своеобразная мозаика, в которой тропические леса сменялись участками саванны с редко разбросанными деревьями и кустарниками.

Крэкк гнался за мелькающей среди деревьев синей курткой Арэсса. Он надеялся выгнать низколобого на открытую местность и… поговорить.

Тропический лес наполнял зеленоватый сумрак. Кроны деревьев-гигантов плотно смыкались между собой в вышине. Вечнозеленые, они закрывали небо почти непрерывным слоем листвы. Лишенный света подлесок не разросся, как в других местах, где лес превратился в джунгли, что давало высоколобому преследователю хоть какой-то обзор. Крэкк бежал в сыром полумраке, но это было лучше, чем прорубаться сквозь плотные заросли кустарников и небольших деревьев. Синее пятно куртки мелькнуло и исчезло.

– Арэсс, стой! Я не хочу тебя убивать!

Пронзительно завопили в вышине, прыгая по ветвям и лианам, борки – местные обезьяны. Куртка космодесантника привлекла внимание небольшой стаи. Крэкк двинулся за криками обезьян. Низколобый двигался грубо, оставляя многочисленные следы в сырой почве, но преследователь решил, что с обезьянами выйдет быстрее.

Крэкк нашел друга у корней одного из деревьев. Прислонившись спиной к стволу, тот дрожал, обняв руками колени. Лицо низколобого было искажено гримасой страха.

– Листва… – произнес чуть слышно Арэсс. – Слишком густая листва.

– Очнись, послушай меня, – сделав шаг, Крэкк положил копье на траву. – Мне не нужен твой скальп, правда не нужен.

В этом страшно было признаваться даже самому себе, но Крэкк не любил Язурга. Боялся, порой до трепета, но не любил. Кровавый, тяжелый бог войны, суровый, беспощадный, воплощение безудержной ярости, Язург притягивал, восхищал своей мощью, но в глубине души Крэкк чувствовал, что все это «не то». Все его существо противилось Язургу, но это было все равно что противиться солнцу, дождю, самому факту собственного рождения…

«Неужели я не мужчина?»

– Не бойся меня, – произнес Крэкк как можно мягче. – Мы что-нибудь придумаем.

Что они могли придумать? Заменить свежий человеческий скальп скальпом борка?

– Ты меня слышишь, Арэсс? Помнишь, как мы мечтали попасть на корабль землян?

Низколобый не двигался, не отвечал, в его взгляде застыли боль и страх, темные искры безудержной паники, словно с ним разговаривал не его высоколобый друг, а лично спустившийся с небес Язург. Крэкк поймал себя на том, что жестикулирует ножом.

– Тебя смущает нож? – Крэкк приблизился. – На, возьми, не бойся. Я положу его у твоих ног. Вот так. Видишь, он мне совсем не нужен.

Низколобый протянул руку, схватил нож. Пальцы, сжимавшие рукоятку, побелели.

– Что за заклинание ты прочитал? О чем говорил шаман?

Арэсс никогда раньше не рассказывал, что владеет магией. У Крэкка неожиданно созрела идея: они убегут, доберутся до базы пришельцев, тех, которые лечили и учили, а не тех, что стреляли и пытали его соплеменников. Если Арэсс откажется, Крэкк уйдет из племени один. Ему все равно никогда не стать воином, сколько ни кромсай пальцы. Он всегда знал, что он слабый, можно сказать, ущербный, слишком мягкий. Поэтому они и подружились, высоколобый и низколобый, агрессия и непротивление, обладатель ножа и носитель скальпа.

– Ты меня слышишь?

Арэсс кинулся на Крэкка, резко выбросив руку с ножом перед собой. Лезвие должно было вспороть высоколобому кадык, но прошло мимо. В последний момент Крэкк скорей инстинктивно успел уклониться в сторону. Схватив копье, он откатился, принял атакующую стойку. С губ друга срывалась пена, Арэсс вновь стал бешеным, неуправляемым зверем.

– Что с тобой?!

В следующее мгновение низколобый прыгнул на преследователя.

Гарди ввел Баталова в рубку. На капитанском мостике перед пультом управления стоял андроид. При появлении инструктора и помощника капитана он лишь коротко поприветствовал людей стандартным поднятием открытой ладони, словно не замечая, что один член экипажа ведет другого под дулом бластера. Олег ожидал, что Гарди переведет роботов на «нейтралку», но все равно было досадно, если учесть, что каждый андроид вооружен. Для выстрела роботу достаточно поднять руку, в предплечье которой вмонтирован бластер. Впрочем, андроид не мог причинить вред человеку, даже преступнику, в любом режиме, но вне «нейтралки» он бы встал на защиту Баталова, вздумай Гарди учинить самосуд.

Пол под ногами вздрогнул, волновая вибрация прошла по кораблю и на доли секунды оглушила людей.

– «Гелиос» в гиперпространстве, капитан, – доложил андроид. – Пульсация в ионизационной камере – девяносто восемь единиц от рабочего значения.

Колебания пространственно-временной матрицы стабилизировались.

– Куда мы направляемся? – спросил Олег, глядя на зеленый огонек на бластере Гарди. Новоявленный капитан слишком многих убил. Его агрессия могла выйти из-под контроля в любой момент, а значит, сработает блокировка ДОКа.

– Зря надеешься. – Гарди повел широкими плечами. Мягкий экзоскелет отливал серебристым. Модель была лишена бронированного нагрудника, зато удваивала мускульную силу носителя. – Заговариваешь зубы? Впрочем, если хочешь, я скажу.

Повернувшись к андроиду, Роберт отправил робота в инженерную рубку. С глаз долой.

– Мы летим на свободные от допуска территории, – сказал новоявленный капитан. – А чтобы до конца развеять твои сомнения…

Гарди выстрелил в пульт управления на капитанском мостике. Панель оплавилась на глазах, в лицо Олегу дохнуло жаром. Сверху выдвинулся пожарный рукав рубки, сбил огонь пеной и теперь охлаждал раскаленный металл воздухом.