«ЭЛИКСИР «УБИК». ГАРАНТИРУЕТ ВОССТАНОВЛЕНИЕ УТРАЧЕННОЙ ПОТЕНЦИИ И ПРЕДУПРЕЖДАЕТ НАРУШЕНИЯ ВСЕХ ИЗВЕСТНЫХ ВИДОВ. ПОМОГАЕТ ТАКЖЕ МУЖЧИНАМ И ЖЕНЩИНАМ, ЖАЛУЮЩИМСЯ НА БЕСПЛОДИЕ. ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ ТОЧНО ПО ИНСТРУКЦИИ СТАНОВИТСЯ БЛАГОДЕТЕЛЬНЫМ ДЛЯ РОДА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СРЕДСТВОМ ЛЕЧЕНИЯ».

Остальные слова были напечатаны более мелким шрифтом. Джо пришлось прищуриться, чтобы прочесть смазанные, крохотные буковки:

«НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО, ДЖО. ЕСТЬ ДРУГОЙ СПОСОБ. ПРОБУЙ ДАЛЬШЕ — ТЫ НАЙДЕШЬ ЕГО. ЖЕЛАЮ УСПЕХА».

«Это Ранкитер, — сообразил Джо. — Он все еще продолжает свою садистскую игру в кошки-мышки. Он вдохновляет меня, чтобы я продержался еще какое-то время. Старается отсрочить наш конец. Одному Богу известно, зачем это может Глену понадобиться.

Может быть, его просто забавляют наши страдания. Хотя это не в его стиле, это непохоже на того Глена Ранкитера, которого я знаю».

Он отложил бутылку в сторону и стал прикидывать, что это за другой способ.

— Что это за бутылка у вас в руках? — изменившимся голосом спросил Ясперсен, заглядывая внутрь машины. — Не могу ли я взглянуть?

Чип молча протянул ему плоскую фляжку с эликсиром «Убик».

— Мне рассказывала об этом моя бабка, — сообщил Ясперсен. — Откуда вы ее взяли? Ее не производят, наверное, со времен Гражданской войны.

— Наследство, — сказал Джо.

— Единственная возможность. Теперь уже не встретишь таких фляг ручной работы. Впрочем, та фирма их и немного изготовила. Это лекарство открыли в Сан-Франциско, примерно в 1850 году. Его никогда не продавали в магазинах, оно изготовлялось исключительно на заказ. Выпускалось три сорта, разной силы действия — у вас как раз самое мощное.

Он посмотрел на Джо.

— Вы знаете его составляющие?

— Разумеется, — ответил Джо. — Мятное масло, окись цинка, лимонная кислота, древесный уголь…

— Не будем об этом, — прервал его Ясперсен. Он явно над чем-то напряженно размышлял. В конце концов выражение его лица изменилось — он пришел к решению: — Я отвезу вас в Дес-Мойнс в обмен на эту бутылку. Вылетаем сейчас же — я хотел бы большую часть пути совершить днем.

С бутылкой в руке он пошел к самолету.

Через десять минут биплан «Картисс-Райт» был заправлен горючим, винт запущен от руки, и аэроплан побежал по неровной стартовой дорожке, немилосердно трясясь. Джо стискивал зубы, пытаясь удержаться на сиденье.

— Мы слишком перегружены, — безмятежно сказал Ясперсен. Он не казался обеспокоенным. Самолет неуклюже поднялся в воздух, счастливо расставшись со взлетной полосой, и настырно затарахтел над крышами домов, направляясь на запад.

— Когда мы будем на месте? — прокричал Джо.

— Это зависит от того, как долго нам удастся лететь по ветру. Трудно сказать заранее, но, вероятно, завтра около полудня.

— Теперь вы можете сказать, что в этой бутылке? — поинтересовался Джо.

— Основной наполнитель этой жидкости — золотая пыль. А сама она — минеральные масла.

— И много там золота?

Вместо ответа Ясперсен повернул к Джо улыбающееся лицо. Можно было не продолжать — все было ясно и так.

Старенький биплан, тарахтя мотором, продолжал свой полет в направлении штата Айова.

Часам к трем пополудни следующего дня они добрались до аэродрома Дес-Мойнса. Сразу же после посадки пилот исчез бесследно, прихватив с собой бутылку с золотой пылью. Джо, совершенно окостенев, преодолевая ломоту во всем теле, выбрался из кабины. С минуту он постоял, растирая затекшие ноги, затем нетвердыми шагами направился в сторону домика у края летного поля.

— Можно мне позвонить? — спросил он у обыкновенного фермера, похожего на чиновника аэропорта, сидящего за синоптической картой.

— Если у вас есть пять центов, — сказал тот, кивнув в сторону аппарата для посетителей.

Джо порылся в карманах, вытащил оттуда монеты и начал отодвигать в сторону монеты с профилем Ранкитера. Наконец ему удалось отыскать пятицентовик с изображением бизона. Он положил его перед чиновником.

— Порядок, — буркнул тот, не поднимая головы.

Джо нашел телефонную книгу и отыскал номер Предсмертного Дома Простого Пастора. Потом снял трубку и назвал номер телефонистке. После минутной паузы кто-то снял трубку.