Шрифт:
– Но Тесс... я думала, она с ним. Весь день, на матче по крикету.
– Мне пришлось срочно отправить его. Сегодня утром. Последнее, что я слышал от него, это то, что он собирался попрощаться с Тесс. О, это, должно быть, было где-то перед самым полуднем.
– Они ни словом ни обмолвились о том, что он уезжает сегодня, сказали только, что увидятся со мной позже. Да, это было перед полуднем! Тогда где же Тесс? Ее не было дома весь день.
– Не стоит из-за этого так переживать. Она, вероятно, у кого-нибудь из друзей. Вы знаете, как это бывает с молодежью, они не замечают, как бежит время.
Лиза встревоженно закусила губу.
– Она никогда раньше не опаздывала. Тем более, так надолго. Она домоседка, не из тех, кто любит ходить по гостям. Если с ней что-нибудь случится, Тайлер... Если она отправилась вместе с Кулумом на том корабле они дорого за это заплатят.
– Зачем бы они стали это делать, миссис Брок? – спросил Струан.
– Да поможет им Господь, если это так. И вам тоже, если вы помогли им в этом.
Когда Лиза ушла, Струан налил себе в бокал бренди и подошел к окну, откуда стал наблюдать за praia и гаванью.
Когда он увидел, что «Белая Ведьма» приближается к своей стоянке, он спустился вниз.
– Я иду в клуб, Ло Чум.
– Да, масса.
Глава 8
Горт ворвался в фойе Клуба, как разъяренный бык. В руке он сжимал кошку-девятихвостку. Он отшвырнул с дороги пораженных слуг и гостей и вломился в игорный зал.
– Где Струан?
– Кажется, он был в баре, Горт, – ответил Горацио, потрясенно глядя на лицо Горта и на плеть, злобно подергивавшуюся в его руке.
Горт круто повернулся и стремглав бросился через фойе в бар. Он увидел Струана за столом с группой торговцев. Они все отодвинулись в сторону, когда Горт приблизился к Тай-Пэну.
– Где Тесс, ты, сукин сын?
В комнате повисла мертвая тишина. Горацио и все остальные столпились в дверях.
– Не знаю, и если ты назовешь меня так еще раз, я убью тебя.
Горт ухватил Струана за грудь и рывком поднял его на ноги.
– Она на «Китайском Облаке»?
Струан разжал руки Горта и убрал их от себя.
– Не знаю. Но если и так, какая разница? Что за беда, если молодая парочка...
– Это твоих рук дело! Ты все это подстроил, мерзавец! Ты приказал Орлову поженить их?
– Если они и сбежали, что от этого изменилось? Если они теперь женаты, что в этом такого?
Горт взмахнул кошкой, пытаясь достать Струана. Один из стальных коготков, которыми оканчивались ее ремни, оставил тонкую царапину на лице шотландца.
– Наша Тесс обвенчана с больным распутником? – прокричал он. – Сукин ты сын! Грязный, вонючий сукин сын!
Значит я был прав, подумал Струан. Это все-таки ты! Он бросился на Горта и схватил рукоятку плети, но все, кто был в комнате, навалились на них и растащили в стороны. В сумятице кто-то сшиб канделябр с одного из столов на пол, и Горацио быстро затоптал огонь на тут же вспыхнувшем ворсистом ковре.
Струан вырвался из рук державших его торговцев и горящим взглядом уперся в Горта:
– Я сегодня же пришлю к тебе своих секундантов.
– Не нужны мне секунданты, клянусь Богом. Давай сейчас. Выбирай свое проклятое оружие. Ну, давай! А после тебя я разделаюсь с Кулумом. Господь свидетель!
– Зачем провоцировать меня, Горт, а? И зачем угрожать Кулуму?
– Ты сам знаешь, сукин ты сын. У него женская болезнь, клянусь Богом!
– Ты сошел с ума!
– Тебе этого не утаить, клянусь Богом. – Горт попытался вырваться от державших его четырех человек, но не смог. – Отпустите меня, черт побери!
– Кулум совершенно здоров. Кто говорит, что у него женская болезнь?
– Все это знают. Он был в китайском квартале. Ты знаешь это, поэтому-то они и сбежали – прежде чем весь этот ужас выйдет наружу.
Струан взял кошку в правую руку.
– Отпустите его, ребята.
Все расступились. Горт выхватил нож и приготовился нападать, в ту же секунду нож словно по волшебству появился в левой руке Струана.
Горт сделал ложный выпад, но Струан остался недвижим, как скала, и на мгновение позволил Горту прочесть в его глазах всю первобытную жажду убийства, обуревавшую его. И его удовольствие. Горт остановился, как громом пораженный, всем существом почувствовав смертельную опасность.
– Здесь не место для поединка, – сказал Струан. – Не я стал причиной дуэли. Но я уже ничего не могу поделать. Горацио, вы не согласитесь быть моим секундантом?