Не промешкал Лачплесис.

Вкруг земли поплыл он дальше...

И дневного света он

Вновь достиг. Теперь препятствий

Не было в пути ему.

Свет сиял. Попутный ветер

Напрягал ветрила их.

Все надеялись, что скоро

Возвратятся в Балтию.

Но однажды ранним утром,

Только мгла слетела с волн,

На море прекрасный остров

Моряки увидели.

Витязь понял: это остров,

Что с чудесной силою

Корабли притягивает

К дивным берегам своим

И велел он поскорее

Прочь грести от острова

Но к земле корабль их нёсся,

Словно околдованный,

Наконец со страшной силой

Выбросился на берег.

ЛАЧПЛЕСИС. СКАЗАНИЕ ПЯТОЕ

Ведьма Спидала, волшбой, коварством

Лаймдоту отняв у витязя,

Злобу всё ж свою не утолила,

Зло и дальше причиняла им.

По далёким островам летала

Со старухой-ведьмой Спидала;

В море ветры, бури подымала

И угнала судно витязя

В ледяное северное море.

Был бы он проглочен бездною,

Если б не пришла ему на помощь

Впору дочь Зимы любезная.

Но грозил напастью неизвестной,

Дивный остров, притянувший их.

Оглядясь на берегу отлогом

Заколдованного острова,

Витязь увидал в скопленьи многом

Кораблей и лодок остовы,

Те, что прежде, проплывая мимо,

Были берегом притянуты

И теперь на отмелях валялись,

Обдавал прибой их пеною.

Грудами на отмелях лежали

Моряки окаменелые.

И на целом острове пустынном

Жизни признака не виделось,

Только лес шумел... Из леса в море

Мост высокий переброшен был,

На конце ж моста, из моря прямо,

Дом большой прекрасный высился.

Лачплесис с товарищами смело

По мосту пошёл и в дом вошёл.

Ни живой души, как ни искали,

В доме также не нашли они.

Но на всём печать лежала жизни,

Посреди просторной горницы

Всяческой едой, питьём большие

Были там столы заставлены.

А в другом покое, рядом, были

Пышные постели постланы.

Моряки не ждали приглашенья,

Сели, пили, ели досыта.

А потом на мягкие постели

Повалились утомлённые.

Упрекнул их Лачплесис за это,

Что, мол, так дела не делают,

Что сначала перед входом дома

На ночь надо стражу выставить.

Очень спутники его просили,

Чтоб он сам был нынче сторожем,

Так как все они перетомились,

Ночь без сна не смогут выстоять.

Взял тогда своё оружье витязь,

Стал среди моста высокого.

Никого вокруг не примечал он.

Остров был объят безмолвием.

Ровно в полночь вдруг раздался топот,

Великан из чащи выехал.

Конь перед мостом остановился,

Пятился, храпел, шарахался.

Всадник стал бранить коня: "Чего ты

Испугался? Нет здесь недруга!

Только Лачплесис был нас достоин,

Но он кружит в море северном,

Да и молод - не дорос рассудком,

Чтоб найти в морях дорогу к нам!"

Крикнул с моста витязь великану:

"Чепуху ты порешь, чучело!

Я дорос кой до чего рассудком,

У твоих ворот я жду тебя!"

Всадник, бывший Иодсом трёхголовым,

Отвечал с громовым хохотом:

"Если впрямь ты будешь Лачплесис,

Выйдем силами померяться!"

И пошёл на остров с Иодсом витязь,

Рос вокруг непроходимый лес.

"Дуй на этот лес!
– промолвил всадник,

Чтоб просторно было биться нам".

"Сам сдувай!
– Ведь у тебя три глотки!

Иль боишься опозориться?"

Дунул йоде, и сразу на три мили

Лес вокруг исчез, как скошенный.

Тут на Лачплесиса йоде рванулся,

Так его по шлему треснул он

Палицей, что витязь от удара

Погрузился в землю на четверть.

Но в ответ его мечом тяжёлым

С силою ударил Лачплесис,

И одну из трёх голов у Йодса

Отхватил одним ударом он.

Размахнулся снова Йодс свирепый.

Всё же витязь одолел его,

Изловчился, снёс вторым ударом