Кроме того, алтайские шаманы говорят, что белоснежная красавица показывается людям перед страшными катастрофами. Например, призрак заметили в 2003 году, после чего произошло разрушительное землетрясение.

Я закрыла глаза на несколько секунд, чтобы перевести дыхание и немного привести ум в порядок.

– Теперь моя очередь, – на автопилоте забирая у Воронова бутылку с ромом и делая щедрый глоток.

– Почему после того моего дня рождения ты так скоропалительно принял решение учиться за границей? – ощущая, как сердце ускорило свой бег.

Пальцы Сашки безотчетно коснулись кисти моей правой руки.

– Поссорился с родителями. Ты же в курсе, – произнес он как-то взвинчено.

– Из-за того, что избил Мишку?

– Все в целом.

– Может, расскажешь?

– А нечего уже рассказывать, Поль. Тогда, четыре года назад, мне казалось, что мир несправедлив и все против… – он сделал странную паузу, – против меня. Даже мать с отцом. Зато теперь я понимаю, остался бы в Москве, – краткий вздох, – может, так бы и болтался, – вновь прикладываясь к рому. – Учиться не хотел, хотел… Короче я изводил всех просьбами взять меня в семейный бизнес, – и снова продолжительное молчание. – Теперь же батя, наконец, дает мне в руки бразды правления. Это мой шанс проявить себя.

– Что это значит, Саш? – почувствовала, как сердце ошиблось.

– Отец хочет попробовать меня на место управляющего одного из отелей.

– В Лозанне? – внутри разлилась затапливающая тяжесть.

– Да. Там. В этом году планирую не только учиться, но и работать.

– А потом? – напряженно глядя ему в глаза.

– Вообще рассчитывал вернуться в Москву, – он прикусил нижнюю губу, судя по всему, не решаясь озвучить до конца какую-то свою правду.

– Тогда задавай свой вопрос… – с рассеянной усмешкой.

– Ты целовалась с Завьяловым? – Воронов едва заметно прищурился, пока я с удивлением смотрела в его глаза, в которых сгущались предгрозовые тучи.

Сперва, хотелось заартачиться и выбрать «действие», только внезапно меня будто перемкнуло.

– Нет. У нас с Женей ничего не было. Пока, – фальшиво бодро улыбаясь.

– Совсем ничего? – с недоверием.

– Совсем-совсем, – передразнила его я, чуть дрогнувшими пальцами принимая из его рук порядком опустевшую бутылку.

Надо сказать, к этому моменту холода я вообще уже не чувствовала. Наоборот, жар от костра и крепкий алкоголь, разлившийся по венам, подстегнули меня снять ветровку.

– Ты занимался сексом с Агатой на Алтае? – с садистским удовольствием глядя в его моментально мрачнеющие глаза.

Небольшая заминка. Дерганное движение Сашкиных плеч.

Не знаю, на что я рассчитывала, но все это вызвало обиду и горечь. Я прямо-таки пожалела о том нашем несостоявшемся поцелуе с Завьяловым.

– Мы с Агатой, походу, все. Полагаю, следующий наш разговор поставит окончательную точку. Жаль, не удалось пообщаться до этой поездки… – не отрывая от меня пристального взгляда, он недовольно повел уголками губ.

– Я не спрашивала: все вы или не все? Здесь, в поездке, вы с ней трахались?

О, это уже говорил во мне, нет, орал выпитый алкоголь.

– Действие! – криво ухмыляясь, выплюнул Сашка.

– Тогда искупайся в водопаде.

– Что?

– Прямо сейчас, Воронов! Искупайся в том долбанном водопаде… Приказываю тебе! – глумливо хмыкнув.

Он как-то гортанно заразительно хохотнул. Видно было, что, и его величество, Александра Кирилловича, уже порядком развезло на свежем воздухе.

– Идет. Шмотки мои подержишь?

– О, еще спрашиваешь?

Дерзко улыбаясь, я абсолютно бесстрашно двинулась за Сашкой в гущу пролеска. В какой-то момент мы подошли к берегу озера. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть водопад.

Лунный свет заставлял капли переливаться серебром, когда бурный поток круто срывался вниз к озеру.

– Какая красота… – я едва могла перевести взгляд от прекрасного вида, не сразу заметив, что Воронов с армейской сноровкой избавляется от одежды.

– Если не хочешь, ты не обязан… – внезапно представив, насколько же вода ледяная.

– Ну, ты же мне приказала, – короткий кивок в сторону водопада, и парень потянулся к своим трусам, предварительно швырнув мне в руки остальную одежду.

– А если я еще что-нибудь прикажу? – возвращая ему усмешку.

– Приму правила, раз тебе нравится эта игра…

Игра…

Оборачиваясь, Воронов избавился от кроссовок с носками. Стянув боксеры, сверкнув идеальной задницей, он прыгнул в воду.