Проснулся от того, что дверь в модуль открылась. Трое бронированных парней с оружием.

«Безы! — продрало меня паникой. — Нашли-таки!»

— Фигасе! — сказал озадаченно первый. — А ты кто такой? Откуда взялся?

«Нет, не безы, — сообразил я. — Те в ренде и говорят как железные жопы».

— Тиган Ковыряла. Техн.

— Вижу, что техн, — парень потряс планшетом. — Имплуха пингует. Я Хлось, командир мобильной группы охраны. Айдишку гони.

— Нету.

— Шонины сиськи, ты что, дебил? Я ведь тебя и пристрелить могу. Да практически обязан! Мало ли, что техн, в диких кланах тоже техны есть.

— Я не клановый! Блин, да мы знакомы же! Вспомни, я сидел у борделя и ждал парня, который мне токов торчал. Ты ещё докопался, что я там делаю, в точности как тут!

— Ну да, так-то похож… Как ты сюда попал и где просрал айдишку?

— На дрезине приехал.

— На дрезине?.. Пагодь… Понизу что ли?

— Ну да.

— То есть ты вот сейчас так запросто признаёшься в незаконном проникновении на особо охраняемый объект? Реально? Типа «расстреляй меня нафиг, дорогой Хлось»?

— А он особо охраняемый?

— Ну… типа того. То есть реально внешники на него забили, потому что надеялись найти что-то другое, но все объекты раскопок в пустошах имеют такой статус. Откуда ты об этом месте узнал, придурок?

— По ходу, я там работал.

— И что? Не наработался? Или решил обнести? Так там врод, всё ценное вывезли…

— Я в ренде был.

— В ренде? — почему-то парень удивился. — Типа в реальном полном ренде?

— А какой ещё бывает? — удивился я.

— Микроренд, — ещё больше удивился Хлось. — В полный уже почти никто не идёт, нафига?

— Креоновы мудя, ничего не понимаю…

— Шонина дырка, я тоже!

— Я рендовался в спецренд для технов, на пятёрку. Отдуплился в каком-то стрёмном подземелье, пошёл по треку назад, добрался сюда, дрезина разрядилась, жрать нечего, воды нет, куда идти без понятия…

— То есть ты рендовался до всей этой фигни? Серьёзно?

— Какой фигни?

— Ну, «ночь кланов», Горфронт, микроренд, «битва за Средку», локдаун, падение ренда, возвращение внешников, Верховная Шоня… Дро, ты всерьёз не в курсах про всё это?

— Я так много пропустил?

— Да вообще всё, дро. Реально целую, глядь, жизнь.

— Да, с рендом всякая байда теперь случается, — просвещает меня Хлось. — Вскоре после битвы за Средку… Блин, ты же не знаешь! И не так давно было, если вдуматься, а как всё изменилось… В общем, кланы попёрли на город, у них откуда-то нашлись броня и оружие, их накачали боевыми стимуляторами и подключили к тактическому брейнфрейму…

Я сразу припомнил Каролину и её выступление в клане Чёрных Песков. Для меня-то это чуть не вчера было. Не её ли это мутки так аукнулись?

— … У нас уже был Горфронт, — парень, продолжая левой рукой рулить, правой постучал себя по доспеху, — но резня вышла та ещё.

Мы едем в город на большой бронированной машине. За рулём Хлось, я рядом, его отряд сидит сзади. Они молчат и по сторонам не смотрят.

— Микроренд, — пояснил их командир, — офигенная штука. Никаких имплов кроме нейровентиля, вся силовуха снаружи. Вот это железо, что на мне, называется «Скорлупа», её один гениальный мужик придумал, я с ним знаком, прикинь!

— Повезло, — сказал я.

— Не то слово, дро! Он здорово мне помог и в этот движняк вписал одним из первых. В общем, микроренд — это как ренд, только совсем короткий. На день. На сутки. На неделю. Потом нейровентиль отключается, вылезаешь из «Скорлупы» и идёшь на Средку отрываться! Средка, правда, уже не та, — вздохнул Хлось, — но не будем о грустном. Если места знать, можно оттянуться как раньше.

— А обычного ренда, с имплами, больше нет, что ли?

— Есть. Но гораздо меньше. Понимаешь, с имплухой надо рендоваться минимум на пять лет, она дорогущая и практически одноразовая, что поставили, назад не вытащат. Но теперь даже Шоня не скажет, что вообще будет через пять лет, а тем более через десять. После того, как ренд-сервер грохнулся и всех отрубило, народ стремается рендоваться. Боятся, что выйдет как в тот раз.

— Ренд-сервер навернулся?

— Ну а я о чём тебе толкую? После битвы за Средку весь ренд тупо рубанулся. Вся серверная часть отвалилась, все рендовые ушли на автономную прошивку. А она, сам понимаешь…

— Никакая вообще, да, — кивнул я. — Разве что мусор грести да тяжести таскать. Это как так вышло-то?

— Я не в курсе. Ничего так и не объяснили потом. Сервак сдох, а за ним и электричество во всём городе вырубилось.

— Нифига себе! И как же всё?

— Паршиво, дро. Темно, стрёмно, ничего не работает, жрать нечего, рендовые бродят тупей табуретки, краймовые ломают пищематы, а там жратвы, оказывается, и нет почти… Хреновей всего пришлось тем, кто в ренде лежал на холодном хранении.