Дождь, накрапывавший всю дорогу, перестал, лишь в траве мерцали серебристые капельки. Тут только Делвер удосужился взглянуть на Петера и даже присвистнул от удивления.

— Кто ж в таком виде едет на рыбалку? — Он потрогал почти новый, еще не измятый и не испачканный пыльник Петера. — А ботинки! Друг мой, в таких ботинках ходят на банкет или на свидание, а не на ловлю раков!

Петер виновато улыбался. По правде говоря, он лаже не подозревал, что для таких вылазок необходима специальная одежда. Лишь теперь, при виде брезентовой куртки и громадных резиновых сапог Делвера, ему стало ясно, что и у рыбалки есть свои законы туалета, несоблюдение которых если и не считается неприличным, то уж, по всяком случае, доставляет массу всевозможных неудобств и неприятностей.

— Ничего. — Петер положил портфель возле километрового столба и разулся. — Тепло! Давненько я не ходил босиком.

— Тепло-то тепло, — мрачно подтвердил Делвер. — Ноги ты себе отобьешь в темноте, вот что!

Через лужайку они направились к реке. Резиновые сапоги хлюпали впереди, прокладывая в мокрой траве широкую стежку, а босые ноги неуверенна следовали за ними метрах в пяти. Река оказалась речонкой, через все можно было бы легко перепрыгнуть, если б ее берега не заросли густым тальником и ольхой, точно непроходимой живой изгородью.

— Вот она! — Делвер швырнул рюкзак в траву и сам растянулся рядом. — Раков тут до черта! Если б рижане пронюхали, привалили бы толпами на «Победах».

Не желал показаться чистюлей, Петер хладнокровно сел на траву, прямо в своем новом пыльнике.

— Обожди! — Делвер схватил рюкзак. — Я тебе зам что-нибудь подстелить. А пальто на дерево лосось. Нс то к утру превратится в тряпку!

Расстегнув ремни и распустив шнуровку, Делвер начал вытаскивать из рюкзака самые неожиданные, однако весьма необходимые предметы. Рядом с различными мешочками там лежал черный чугунный котелок, возле запасной пары носков — пучок укропа. Продовольствия хватило бы на полдюжины изголодавшихся мужчин. В самом низу лежали коши для ловли раков.

— Ах, такими штуками? — Петер взял в руки сетку.

— А ты как думал?

— В Пьебалге ребята вытаскивают их из нор руками, — сказал Петер.

— Это, голубчик, было в прежние времена! Современные раколовы таким методом уже не работают. Были у меня и рачении из прутьев — вечером закинешь, утром вытаскивай. Куда-то хозяйка засунула. Женщины ведь порядка не соблюдают.

Однако по всем имуществе Делвера не нашлось ничего, что можно постелить на мокрую траву. После недолгого раздумья он снял брезентовую куртку и кинул ее Петеру.

— На, подложи! Дождя все равно больше не будет.

Долго сидеть не пришлось. Ночь приближалась, пора было действовать.

— Прежде всего требуется наловить лягушек! — распорядился Делвер. Oн повесил себе на шею нечто вроде торбы, из каких кормят лошадей. Другую подал Петеру. — Пройдем по кустикам, там их много.

Даже самое нехитрое дело требует умения. Лягушек в кустах и впрямь было хоть отбавляй, и Делвер опустил уже немало пленниц в свою торбу. А вот Петеру не удавалось поймать ни одной.

Роса не была холодной, ноги у него не зябли, только с непривычки Петер все время боялся наступить на камушек или сучок, скрывающийся о траве. Наверно, потому он и был столь неловок, во всяком случае менее ловок, чем лягушки.

— Семь! — Делвер опять засовывал в торбу добычу. — А у тебя сколько?

— У меня еще ни одной. — сознался Петер. Сказать по правде, он не очень-то и старался.

Делвер сцапал очередную квакушку.

— Не дается тебе эта охота! — сказал он. — Характер уж больно мягкий. Тут требуется медицинская сноровка. Сходи лучше срежь десять жердочек. Нож у тебя есть?

Нож у Петера нашелся, а им он орудовал более успешно. Когда Делвер кончил. наживлять коши, жердочка уже лежали перед ним.

— Сейчас и качнем? — спросил Петер.

— Дров надо набрать. — Делвер, встав, распрямил спилу. — Потом, в темноте, ничего не найдешь!

Вдвоем они притащили с лесной опушки ольхового сушняка, потом Делвер одни сходил до ближайшей усадьбы и вернулся с охапкой дров. Теперь они были обеспечены топливом.

Тьма сгущалась в прибрежном тальнике. Вода совсем почернела, и на фоне ее четко белели воткнутые в землю обруганные жерди кошей.

Запели кузнечики, в сырой траве их песня звучала тоскливо, будто прибрежные скрипачи жалели кого-то.

Когда Делвер предложил Петеру в первый раз осмотреть коши. было уже совсем темно, лишь на западе догорал последний отблеск минувшего дня. В небе опять заклубились валы облаков.

— Вынимай! — сказал Делвер.

Петер взял жердочку, вытащил кош из воды — пусто!

— Что за черт! — удивился Делвер. — Неужели всех уже выловили?

Видно, немножко все-таки осталось — через полчаса Делвер поставил котелок на огонь.