Торретти сильно рисковал. Любой из командной цепочки мог его выдать его собственной команде; несмотря на заявленные принципы его партии, он мог поплатиться за то, что поставил беспокойство за Аэфорию выше партийных интересов.

— Когда вы сказали, что от нас ожидают вывода, будто все разваливается, то были более правы, чем, возможно, сам осознавали, — сказала Десаи. — Поддержка миссии ослабевает, да, но не так сильно, как мы все думали. Как вы указывали ранее, сэр, канадский народ стремится помочь жителям Урлии; в конце концов, у многих из них есть родственники в этом регионе.

— Кто-то пытался напрямую манипулировать канадским правительственным процессом, — сказал Маляр. — На этом основании я могу получить поддержку для контратаки. Но кто они?

Страхан сказал:

— Мы точно не знаем. Но мы скармливаем каждую крупицу получаемой информации модели интересантов, которым этого могло бы хотеться. Сейчас все они представлены этим одним посредником. — Он вызвал аватар посредника, который появился в виде фигуры во всем черном и с затененным лицом. — Пока мы называем его Фантомом, — сказал Страхан, — и усиленно гоняем параллельные симуляции220, чтобы понять, какого рода заинтересованная сторона за ним стоит.

Все успешные симуляции схожи в определенных особенностях, сэр. Все наши гипотетические кандидаты в Фантомы ведут себя так, как будто имеется как минимум одна крупная преступная организация, подпитывающая хаос в своих целях. Мы считаем, что эта организация стоит за вспышкой, как и за беспорядками, и определенно она отвечает за кибератаку.

Маляр тяжело откинулся на спинку кресла:

— Действительно. Черт возьми, почему вы не сказали мне об этом в начале совещания?

— Потому что это все еще только часть картины, и нейтрализация этой организации не обязательно решит все наши проблемы, — сказала Марджори. — Просто возмутительно, конечно, что эта группа взломала СимКанаду, но в каком-то смысле они просто еще один фактор в коварной проблеме Урлии. За последние два десятка лет наша способность решать такие проблемы неимоверно улучшилась. Дело не просто в грубой вычислительной силе, которая экспоненциально выросла221; мы можем использовать так называемую аналитику больших данных222, чтобы вникать в сложные социальные системы и разбираться в них на лету. Если мы знаем, что эта преступная организация существует, мы можем смоделировать ее. В некотором смысле, мы можем консультироваться с этим Фантомом — добавить его в пул заинтересованных сторон — даже не зная, кого или что именно он представляет. SMART разрабатывался, чтобы справляться со сложностями такого уровня — даже с той дополнительной запутанностью, которую вносит в ситуацию Призрак.

Специалистка по технологиям реконструкции из DNIS[DNIS] продолжала далее:

— Индекс ситуационной сложности223 нормального демократического процесса составляет около трех. У Урлии сейчас 35, и продолжает расти, что намного превышает предел, с которым может справиться принятие решений человеком, ничем не дополненное. Компьютерам SMART уже поставлена задача разобраться, и мы ведем 50.000 параллельных симуляций Урлии и ее внутренних районов. Каждая из этих симуляций включает программных агентов для каждого человека в городе — конечно, в абстракции, хотя мы использовали информацию о переписи населения, собранную нашими международными партнерами, чтобы получить как можно более близкое приближение к актуальной смеси жителей. У этих агентов есть смоделированная предыстория, приверженности, религиозные убеждения и моральный облик. Мы запускаем симуляторы на несколько часов вперед, а затем выбираем те, которые лучше всего соответствуют реальным событиям, и позволяем им размножаться в процессе цифрового естественного отбора224.

Ее несколько приободрило, что Маляр оказался знаком с подобными методами анализа.

— Да, это моделирование сложных социальных систем225 в сочетании с генетическими алгоритмами, — сказал тот. — Мы используем это и в избирательных кампаниях.

— Да, сэр, и СимКанада работает точно так же. С Урлией мы используем на порядки больше вычислительных мощностей и деталей. И мы кое-что узнали. — Она повернулась к Страхану, который вглядывался в какой-то планшет или же другие данные — виртуальный образ не показывал.

— В хаосе проглядывают шаблоны, — сказал он, — наподобие нашего господина Фантома. Проблема в том, что чем больше у вас заинтересованных сторон и чем больше им приходится работать вместе над решением проблем, тем сложнее заставить их согласовать планы действий. К счастью, у нас есть методология, чтобы с этим справляться; подполковник Десаи и некоторые из наших партнеров по коалиции уже используют ее.

— Урлийцы должны сами решить эту проблему, но SMART может помочь. Сессии структурированного диалогового проектирования уже идут, — сказала Десаи. — Как вы знаете, в них втянулся похищенный капеллан, Соколоу. Так что многое из того, чем занялся бы SMART, уже происходит. Речь идет о том, чтобы для координации этой работы направить в поле полностью специализированную команду.

— Как она поможет нам в такой каше?

— Как я и говорила, мы уже на полпути к этому, — указала Десаи. — Мы постоянно используем инструменты распределенного решения проблем226. SMART лишь позволит нам более тесно координировать эти действия с другими членами коалиции. Другими словами, вместо того, чтобы просто обеспечивать физическую безопасность на местности, я думаю, мы должны гарантировать безопасные пространства для диалога между бандами, ополченцами, компаниями, племенами и так далее227.

— Звучит невероятно абстрактно, — сказал Маляр. — Как мне убедить министра скормить все это канадской общественности?

— Однако это абстрактное довольно быстро становится конкретным, — сказал Кэмпбелл. — До сих пор команды СДП[СДП] занимались сбором данных, но следующий шаг привлечет всеобщее внимание.

Десаи кивнула.

— SMART располагает возможностями создать новый, защищенный AR-оверлей поверх урлийских, — сказала она.