– Пластина поддается.

– Снимай.

Андроник закусил губу, сдвинул кожу на левом боку в сторону, и поддел лезвием край пластины. Доктор захрипел, затем хрип сорвался на тонкий свистящий стон. С противным хлюпающим звуком пластина оторвалась от мышц. Позвоночник Доктора под пластиной был полностью металлическим, в центре у него было утолщение, в которое был вставлен изрезанный письменами круг с красным камнем посередине. От этого утолщения расходились тончайшие синие нити, оплетавшие искусственные позвонки.

– Поверни артефакт против часовой стрелки и поддень скальпелем, – еле слышно прошептал Доктор. – Только умоляю, не задень проводники и межпозвонковые диски. Подобных технологий сейчас не достать.

– Я осторожно, – кивнул Андроник и исполнил указания Доктора. Едва артефакт покинул утолщение, ноги Доктора конвульсивно дернулись, он вскрикнул и потерял сознание. Андроник бережно положил артефакт на стол и похлопал Доктора по щеке. «Только не вздумай умереть, старик. Без тебя Артемиде не выжить».

Командор открыл затуманенные от боли глаза.

– Все прошло успешно. Как видишь. Я. Даже жив. – Доктор тяжело выдохнул. Теперь обработай пластину жидкостью из верхнего ящичка стола, помести на место и наложи тугую повязку. Остальное я сделаю с ассистентами, после того как спасем Артемиду.

Когда Андроник все закончил и помог Доктору сесть, тот указал пальцем на неприметную дверь слева. – Принеси… не хочется этого говорить. Я называю это объектом X. Я хотел его уничтожить, но мой извращенный ум решил оставить на черный день. Я до последнего не верил, что этот день наступит. Принеси. – Командор с отвращением смотрел на неподвижные ноги.

За дверью было множество стеллажей с различными диковинными устройствами, еще больше экзотических приборов валялись просто на полу, но Андроник сразу понял, что Доктор имел в виду под объектом X. В дальнем углу стояло парокресло – металлический стул на колесах, с маленьким паровым двигателем сзади.

Андроник помог Доктору сесть в парокресло и разжег двигатель. Дым заполнил лабораторию.

– Очистные фильтры вентиляции справятся, – пробормотал Доктор, раздевая Артемиду. – Не отворачивайся, – буркнул он Андронику, – а то никогда посмотреть не хотел. Строит тут из себя скромнягу.

Андроник смущенно потер нос, рассматривая небольшую красивую грудь Артемиды. Доктор положил артефакт напротив сердца, поверх положил руки девушки и ввел в шею Артемиды ампулу прозрачной жидкости.

– Это чтобы сердце не остановилось, когда искра вернется на место. Теперь тебе нужно подтолкнуть магию внутри неё, влив еще чуть-чуть магической силы.

– Я истощен, – вынужден был признаться Андроник.

– Маги, – фыркнул Доктор. – Здесь все пронизано нитями Офириса из кабинета Темного. Подключись к осколку.

Андроник нащупал темно-зеленую нить Офириса и толкнул часть силы в Артемиду. Магическим зрением он видел, как в огненно-желтом хаосе её магии мечется зеленая линия и ярко-красная искра. Вот линия врезалась в искру, та дернулась вверх по телу, а затем попала под притяжение артефакта и устремилась к сердцу.

– Скажешь, когда искра достигнет сердца. – Доктор подготовил еще один укол.

Едва Андроник сказал об этом, командор вонзил иглу в грудь девушки. Артемида не пошевелилась.

– Мы сделали все, что было в наших силах. Этот укол не даст ей очнуться прежде, чем магия не успокоиться внутри неё. Мой гений совершил только что еще одно чудо, – с горькой улыбкой сказал Доктор.

– Спаси тебя Экхалор, командор, если ты в него, конечно, веришь. А Артемида вернет артефакт, как только перестанет в нем нуждаться, можешь быть уверен.

– Меня сейчас больше заботит то, как отреагирует на это известие Мастер. Он сделал для меня очень многое, а я предал его приказ.

– Темный говорил, что Мастер величайший маг из всех, когда-либо живших на Эпангелиасе. Почему же он не исцелил Артемиду, раз она так важна для целей ордена?

– То тело, которое носит золотую маску… Оно очень важно, и на нем завязано много процессов. В конце концов, Мастер бы не смог активировать все эти артефакты без него, – задумчиво сказал Доктор.

– Я не понимаю. О чем ты говоришь?

– Мастера нет здесь. Он контролирует свое тело на расстояние, будучи в другом теле, которое я вырастил для него. Моё лучшее творение, которое я так и не смог повторить. Причина, конечно, не во мне, а в том, что те артефакты протарсенса существовали в единственном экземпляре.

– Но почему Мастер покинул свое тело?

– Оно очень, очень дряхлое. Ты же не думаешь, что Мастер настолько глуп, чтобы сидеть на троне в центре зала. Не думай, что он решил поиграть в мишень для своих врагов. На троне замыкается ряд магический нитей и технологических цепей…