Я уделял сестре слишком мало внимания, сосредоточившись на глобальных проблемах, которые всё не отпускали. Режиссёра всегда тренировал лично и искал подходы к раскрытию потенциала. А об Актрисе забывал.

Справедливости ради, она сама выбрала роль тени брата, довольствуясь отражением его способностей. Но сейчас это аукалось — система карала за небрежность в развитии питомцев.

Это было не так страшно, наверстаем. Уровень силы и возможности сестры меня полностью устраивали.

Впрочем, меня больше занимала другая мысль. После того как Актриса проявила себя после поглощения огненного катализатора, стало ясно — симбиоз стихий возможен, но система не всегда позволяла эволюционировать с прогрессией элементов.

При переходе на ранг D условия для ВСЕХ моих зверей вновь были обычными! Никаких катализаторов, никаких новых требований! А это значило только одно — перейти на следующий ранг будет ох как непросто.

— Может пора поговорить о важном, м? — спросил Барут, перешагивая через очередной поваленный ствол. — Мика, кто касался тебя за последнее время? Может, кто-то ещё оставил на тебе этот след?

Мика нахмурился, явно напрягая память:

— Ну… Мастер Велимир. Он меня хватал за руку, это точно. Потом Зверь — тот ещё больно сжимал плечо, когда угрожал. В таверне хозяин пару раз толкал меня…

— И всё? — поинтересовался я.

— Нет, постойте… — Мика остановился, задумавшись. — Ещё посетители таверны.

— Что, ты прям всех касался? — фыркнул Барут. — У тебя что, мания какая-то?

Мика покраснел:

— А, блин… Ну тогда людей гораздо меньше! Харон… то есть тот, кто выдавал себя за Харона. Зверь. Хозяин таверны. Ника, конечно, но она же моя сестра. Больше никого особенного не припоминаю. Пара посетителей.

Я кивнул, мысленно прокручивая список. Слишком много контактов, чтобы точно вычислить источник. Но зацепку нельзя игнорировать — лже-Харон явно не случайно выбрал именно Мику. И как найти того, под личиной глубинного ходока? Он ведь вряд ли до сих пор выглядит так же.

Чёрт…

— Барут, придётся вам прошустрить кандидатов, как вернёмся. Сегодня вечером я лучше отдохну, завтра тяжёлый день.

— Без проблем, дружище, — кивнул торговец.

А мои мысли вернулись к главной проблеме — Режиссёру.

Альфа Ветра намертво завис на тридцатом уровне. Для его эволюции Система требовала неизвестный ингредиент — «Сердце Крови».

Я потратил месяцы на поиски информации. Даже Альфа Огня не знал, что это такое. Алхимики королевства разводили руками. Лана предположила, что нужно сердце существа со стихией Крови, но таких зверей в принципе было не найти — крайне редкие.

Но спустя пару месяцев нам повезло найти одного — кровавого вепря, охотившегося в болотах зоны максимальной опасности. Мы убили его в тяжелейшем бою, и я был уверен, что проблема решена.

Но сердце не подошло.

Месяцы усилий псу под хвост.

Режиссёр оставался на том же уровне, пока остальная стая прогрессировала.

Красавчик достиг тридцать пятого уровня благодаря изнурительным тренировкам и постоянным боям в опасных зонах. Карц поднялся до тридцать второго и обзавёлся третьим, замечательным навыком.

Я намеренно не распределял их очки характеристик — они и так были на пике эффективности, а лишние параметры могли пригодиться позже.

Но Альфа Ветра не развивался.

В бою это пока не критично — его тридцатый уровень всё ещё означал чудовищную мощь. Но разрыв нарастал. Если другие члены стаи продолжат эволюционировать, а он застрянет, баланс нарушится.

Хуже того — я знал, что впереди нас ждут враги, которые не собираются стоять на месте. Если моя Альфа перестанет расти…

Я сжал кулаки. Проблему нужно решить, но пока я даже не понимал, в какую сторону копать.

— Максим? — голос Мики вырвал меня из мыслей. — Мы пришли?

Я поднял голову. Передо мной открывалась знакомая расщелина в скалах — узкий проход между каменными стенами, где я оставил припасы для росомахи.

— Да, — коротко ответил я.

Вокруг входа виднелись следы — глубокие борозды от когтей, выцарапанные прямо в твёрдом камне. Некоторые царапины шли параллельными линиями, словно зверь размечал границы своей новой территории. Под ними белели осколки костей — остатки пиршеств.

Дедуля обустроился всерьёз и показывал это любому, кто рискнёт сюда сунуться.

Я жестом остановил спутников метрах в десяти от расщелины.

— Барут, Мика — стойте здесь, — шепнул я, не отводя взгляда от тёмного зева пещеры. — Напоминаю, если что-то пойдёт не так, медленно отходите назад. Никаких героических порывов. Понятно?

Мика кивнул и поправил сумку с Тиной. Дыхание вырывалось изо рта короткими белыми облачками — от холода или от страха, сказать было сложно.

Барут выглядел спокойнее — долгая работа с опасными зверями закалила его нервы, научила контролировать инстинктивный ужас перед хищниками.