Шрифт:
Уже привычным движением оборачивает мои ноги вокруг своего железного торса.
Его возбужденная плоть упирается в низ живота.
И это не в мыслях больше. Это реальность.
Нет, нет, — бормочу, глядя на него.
— Больше не могу. Я же сказала... я просто...
T-с-С, — обращается ко мне будто... к зверьку.
Все слова замерзают в горле.
— Внутрь не буду, — говорит он хрипло. — Не бойся.
Тихая истерика накрывает. Глаза щиплет. Грудь сдавливает. Тяжелее становится дышать. Не потому что он прижимает меня к себе, буквально вбивая, а потому что воздуха не хватает. Не могу глотнуть.
— Нет! — выпаливаю. — Я не хочу. Понимаешь? Не хочу сейчас. Не внутрь, не как-нибудь еще. Не хочу. Слышишь меня?
Под конец срываюсь на шепот.
Варвар смотрит на меня. Долго. Пристально. По его лицу тяжело прочесть хоть какие-то эмоции. По взгляду — тоже.
Но он вдруг отпускает. Позволяет встать на ноги. Продолжает изучать, слегка прищурившись.
А чего ты хочешь? — спрашивает он. Не знаю, — буркаю. Невольно всплескиваю руками.
Но не вот это все...
Он медленно кивает. Возможно, создается иллюзия, но такое впечатление, будто ему и правда важно мое мнение.
Я очень устала, — говорю тихо. — Спать хочу.
Я понял.
Варвар берет мочалку, начинает меня намыливать, причем действует настолько уверенно и бескомпромиссно, что даже возразить не получается. Точнее не сразу прихожу в себя. А после, опомнившись, бормочу: — Не надо, — пытаюсь забрать у него мочалку. — Я сама.
— Ты устала, — невозмутимо выдает он. — Я помогу.
Подозреваю, чем все может закончиться. Напрягаюсь. Но на самом деле, не происходит ничего.
Варвар проходится мочалкой по всему моему телу. Выразительно. Очень. Однако дальше этого не заходит.
Смываю все.
— Иди, — говорит он ровно. — Ложись.
Киваю, выскальзывая из кабины. Хватаю полотенце, начинаю поспешно вытираться.
Варвар выходить не спешит.
Это хорошо.
— Ой мочалка...
Тянусь, чтобы передать ему мочалку, которую выйдя, повесила на крючок. И попадаю под ледяные струи.
Мигом отдергиваю руку.
Варвар спокойно стоит под обжигающе холодной водой. Будто вовсе ничего не чувствует.
Ну….. ладно.
Он криво усмехается.
— Это полезно, — говорит. — Расслабляет.
Да? Тут как в проруби.
Качнув головой, отхожу. Возвращаюсь в спальню, и там на меня накатывает настолько сильная усталость, что отключаюсь, едва коснувшись головой подушки.
Даже не замечаю, когда приходит Варвар. Проваливаюсь в сон.
Но утром просыпаюсь в его объятьях. Будто от толчка.
Приподнимаюсь на постели. Щурюсь.
Солнце уже так ярко светит. Сколько сейчас время?..
Надя!
Хочу подняться, но тяжелая ладонь моментально обрушивает меня обратно, а через еще одну секунду я прижата к постели мощным телом.
Ты куда так рано подорвалась? — хрипло интересуется Варвар. Мне сестру провожать надо, — выдаю, пробуя вырваться из кольца его сильных рук. — Пусти, Дамир.
Ослабляет захват.
Подхватываю телефон.
Ужас. Проспала. Но еще должна успеть.
Почему будильник не сработал?
Наверное, потому что я его не поставила...
Поспешно натягиваю одежду. Привожу себя в порядок. Собираю спутанные волосы в хвост. Будто почувствовав взгляд, оборачиваюсь.
Варвар наблюдает за мной, развалившись на постели во весь рост. Мощный, темный. И очень возбужденнный.
Ну это его состояние меня уже не удивляет.
— Стой, — говорит он вдруг.
А в следующий момент подхватывает брюки, которые переброшены через кресло рядом, достает оттуда кошелек.
— Держи, — протягивает мне карту.
Вопросительно смотрю на него.
Байматов вкладывает карту в карман моих джинсов, а после его ладонь опускается на ягодицу. Сжимает.
— Что это? — бормочу, доставая карту.
Смотрю то на пластиковый прямоугольник, то на Варвара.
— Это тебе, — заключает он. — На что захочешь.
Глава 27
Забываю о том, куда спешила, зачем торопливо собиралась. На некоторое время попросту застываю, сжимая карту нервно подрагивающими пальцами.
Перевариваю услышанное. Точнее пытаюсь переварить. Но ничего не получается
Становится мерзко. От всей этой ситуации. От того, как все это выглядит.
Наверное, нужно сказать что-то, но в голове полная пустота. И я просто кладу карту на тумбу поблизости. Не могу ее больше держать. Физически — не могу. Все внутри будто на дыбы встает. Кровь приливает к лицу от жгучего чувства стыда.