— В разы. Минимум раза в три, а то и в четыре.

— Многовато. Что известно по аномалии? Чем нам грозит вхождение в нее? Что это вообще такое?

— В прыжке наши возможности сканирования весьма ограничены. Мы не знаем, что это такое и чего можно ожидать. Раньше ни с чем подобным не доводилось сталкиваться. Появилось внезапно, до этого мы ничего не засекали на нашем пути. Да и чтобы что-то засекалось во время прыжка?

Да, во время прыжка корабли находятся в каком-то подпространстве, что ли, и с обычной реальностью слабо пересекаются. Поэтому и получается так относительно спокойно перемещаться, не обращая внимания на какие-нибудь планеты или звезды на пути.

— Вы уверены, что эта аномалия затронет нас?

— Нет. Возможно, мы улавливаем лишь ее излучение. Но игнорировать такое будет глупостью.

— Как далеко мы до точки назначения?

— Мы сейчас примерно здесь, — ответил капитан и указал зону на карте нашей галактики.

Лететь нам еще и лететь, хотя большую часть пути мы уже преодолели.

— Что сами думаете по этому поводу? Командующий флотом? — обращаюсь к тому. Он тоже находится здесь. И это тоже полноценный искин.

— Мало данных, — кратко ответил он.

— А вы, посол, что думаете по этому поводу? — спросил у меня Грэзг.

— Какие есть прогнозы?

— Слишком мало данных для их составления.

Рискнуть или перестраховаться?

— Я считаю, что нужно рискнуть. Потеря времени будет слишком большой. Плюс к этому мы ничего не знаем о том, где окажемся, если выйдем сейчас из прыжка, — высказываю свое мнение.

— Значит, продолжаем лететь, — произнес спокойно Грэзг, и все это молча приняли.

Э-э, какого хрена? Растерянно смотрю на них, совсем не ожидав, что они вот так просто примут мое решение. Да это даже было не решение, а всего лишь мнение, чтоб их! Я не призывал что-либо делать!

— Пересекли границу аномалии, — разнесся по мостику линкора напряженный голос капитана.

Мы все же продолжили лететь прямо на аномалию. Никто не оспорил принятое решение, все молча согласились, ни одного даже хоть робкого возражения. Я предложил, даже не приказал, и все согласились. До сих пор неслабо удивлен этим. Видимо, никто не мог сам окончательно решить, и все так ловко переложили всю ответственность на меня. Хитрожопые гады.

Полтора часа нам потребовалось, чтобы добраться до аномалии. За это время она никуда не делась и никаких серьезных изменений в ней засечь не удалось. И раз мы не передумали, то нам ничего не осталось, кроме как перевести все системы кораблей в боевой режим и продолжить лететь дальше, надеясь, что мы не совершили огромную ошибку и все обойдется.

Первая минута… вторая… Вроде бы ничего не происходит, все показатели в норме. Мы залетели в аномалию и уверенно продолжаем двигаться дальше. Я слежу за происходящим через сеть, припахав Эклайза к анализу всех доступных данных. На всякий случай. Хотя такой уж особой необходимости в этом нет, ведь за обстановкой сейчас следят чуть ли не вообще все, кто есть на нашем флоте. А учитывая количество различных искинов, малейшее отклонение сразу же засекут.

Пусть полноценное сканирование во время прыжка невозможно, но даже то, что получается так засечь… Судя по различным датчикам, аномалия не однородная. Издалека она казалась такой, но, когда мы в нее влетели, стало понятно, что ее излучение усиливается к центру, там находится его источник. Но больше, к сожалению, ничего выяснить не смогли. Искусственная она? Или, может быть, природная? Мало ли чего встретишь на просторах галактики.

— Преодолели половину аномалии, — сообщил всем капитан, когда мы пролетели ее центр.

И пока все на удивление спокойно. На щиты кораблей слегка давит, но ничего серьезного и опасного. И именно давит, иначе и не сказать, это не какое-то целенаправленное воздействие, а просто словно… давление, ветер. Радоваться рано, но закрадывается надежда, что все обойдется.

Когда выберемся отсюда, нужно будет сообщить Слиянию о нашей находке, пусть займется ею. А то интересно же, что там такое, что может создавать такое мощное излучение, что оно достает корабли даже в прыжке? Что бы там ни было, думаю, оно заинтересует Слияние, и хоть какую-то пользу извлечь из этого удастся.

Неожиданно, когда спустя еще полчаса мы почти долетели до границы аномалии, линкор ощутимо вздрогнул, а через мгновение по нему разнесся рев тревоги.

— Что происходит? — спрашиваю, пытаясь разобраться в показателях различных корабельных систем и датчиков. Но там такая сейчас мешанина, что ни хрена не понятно. Даже Эклайз как-то растерялся и до сих пор не выдал что-то конкретное по ситуации. Впрочем, как и все остальные искины.

— Внешнее воздействие, — ответил капитан спустя пару мгновений. — Пытаемся преодолеть его. Оно воздействует на весь флот, на прыжковый кокон.

— Чего оно пытается добиться? — задаю новый вопрос, изучая в сети различные предположения управляющих искинов. Там даже уже появилась простенькая схема, иллюстрирующая происходящее. И по ней от самого центра аномалии к нам тянется этакое щупальце, то ли упирающееся в прыжковый кокон флота, то ли охватывающее его.

— Выбить нас из прыжка? — с вопросом в голосе предположил капитан.

Да, это сейчас основная версия.

— Вот же дерьмо, — недовольно произнес кто-то на мостике, а спустя миг линкор снова вздрогнул и вывалился из прыжка в обычный космос.