Шрифт:
Глаша помахала и ушла. Дея тоже побежала к себе, намереваясь просмотреть ту самую книгу. Она начала пролистывать страницы, а перед глазами продолжали всплывать картинки из сна — безумный хоровод женщин в длинных белых платьях, огромный зубастый кролик с куском луны в лапах и суетящиеся на земле тени-грибы, приветствующие наступление межи.
Глава 11
Проснулась Дея разбитой, с больной головой.
И даже не сразу вспомнила, что сегодня за день.
Нужно было срочно приводить себя в норму. И для начала она решила заварить травяного чая собственного сбора, а потом пожарить гренков.
С гренками Дея опоздала — Нина Филипповна сварила целую кастрюлю манной каши.
— Чтобы силы были! — сообщила она поморщившейся Дее, накладывая ей полную тарелку густой переслащенной массы.
Дея с трудом заставила себя проглотить пару ложек, комковатая каша застревала в горле липким комком.
Глаша же уплела свою порцию моментально и, похвалив бабкину стряпню, попросила добавки.
Она почти всё время что-то жевала, но на фигуре это совсем не отражалось. Хотя худышкой Глаша не была, округлые формы ее не портили, а, наоборот, придавали изюминки и шарма. Дея даже немного завидовала ей.
За завтраком Нина Филипповна несколько раз пыталась поговорить о предстоящей спасательной операции, но Глаша ловко отшучивалась и принималась болтать о другом.
Дея вместо того, чтобы поддержать бабку, всё больше впадала в рассеянность и вяло прихлёбывала чай.
Встретиться с Дашей договорились в пекарне.
Её же решили использовать как наблюдательный пункт.
Дея возразила было. что тётя Вера, Дашина мать, вряд ли одобрит подобное, но Глаша заявила, что обо всём позаботилась и велела «не париться».
Когда Глаша выскочила. чтобы встретить Игоря, в голове Деи немного прояснилось, и она задумалась про оберег.
В пепел от шишек верилось слабо, зато у неё сохранился корешок дудника. Она засушила его просто так, на всякий случай. Читала про его целебные свойства, но никогда не использовала. А вчера листая ту книгу, увидела запись о том, что дудник, в книге его называли ангеликой, помогает изгнать нечистую силу и служит защитой от неё. Дея не была уверена в том, что всё это правда, и всё же сунула корень в кармашек любимых джинсов.
В коридорчике к ней подскочила Нина Филипповна, попыталась всучить высохшие ягоды боярышника в мешочке.
— Зачем это?
— Пусть будут. Бери! Эта ваша вила любит боярышник. У неё он везде понакручен. Может, тебе и пригодится! Бери, не сомневайся!
И Дея не стала отказываться.
В пекарне кроме их компании никого не было. На двери висела табличка «Закрыто».
— Так всем будет удобнее. — прокомментировала появление таблички Глаша. — К чему нам чужие уши.
Она приветливо поздоровалась с Дашей, с улыбкой помахала её матери и немного капризно попросила для себя «вкусного».
— Сейчас всё будет, — пообещала тётя Вера, снова скрываясь на кухне. — Я уже и чай заварила.
Дея смотрела и удивлялась. Тётя Вера ничуть не походила на себя всегдашнюю. Возможно, незнакомая Шурочка-гадалка оказалась права, когда намекнула Нине Филипповне про чары? Или — про отблеск чар?
Интересно, откуда он на Игоре? Не Глашина ли работа?
Ей всё сильнее и сильнее казалось сейчас, что Глаша что-то специально недоговаривает, что-то скрывает ото всех.
Тётя Вера подошла с полным подносом еды. Вкусно запахло специями и свежевыпеченным хлебом, но Дея по-прежнему не могла заставить себя проглотить ни кусочка. Зато Глаша, одобрительно промурлыкав спасибо, набросилась на мясо и салат. Даша и Игорь тоже не ели — Даша задумчиво потягивала чай, а Игорь молча и расслабленно смотрел в окно.
Как они могут быть настолько спокойными? Дашка то, ладно. Она не знает всей правды. Собственно, как и её мать. Тёте Вере точно досталась капелька Глашиного внушения, иначе не дождаться бы им ни угощения, ни Дашиной помощи. Узнай об истинных намерениях Глаши, она немедленно выпроводила бы всех из пекарни, а Дашку заперла дома.
Хотя, что страшного в том, если Дашка всего лишь сыграет роль заказчицы? Покрутится в ателье и вернётся в пекарню. А вот что ожидает их — неизвестно.
Дея пыталась успокоить себя, но получалось плоховато.
Время близилось к четырём, зимние сумерки постепенно наползали на городок, и витрине напротив зажглись огоньки лампочек.
— Думаю, вам пора, — Глаша отложила вилку и легонько коснулась Дашиной руки. — Твой выход, Дашуля! Ты всё запомнила, милаш?
— Я всё запомнила. — взгляд Даши сделался слегка стеклянным. — Мы идём выбрать мне платье. Игорь собирается подарить мне платье. Мы с ним пара.
— Умничка! Только не забывай улыбаться. Давай, изобрази нам радость! Вот так! — Глаша постучала себя пальцем по губам и состроила милую гримаску.