Кендарил, младший из братьев, получил от матери не только глаза цвета синего неба, но и способность сопереживать окружающим и заводить друзей среди представителей других рас. В своем королевстве он считался лучшим лучником, прекрасно владел как большим, так и малыми мечами. Принц нес службу во главе стражи в пограничной крепости Остерин под командыванием старшего брата, не раз отражая набеги орков. Оба принца были завидными женихами среди трех империй Превородных.

Эльфы прошествовали сквозь почетный строй караула. На мгновение братья ощутили на себе чей-то пристальный взгляд. Колючий, гневный. Принцы одновременно повернулись назад и внимательно осмотрели Стражей, но воины и их лейтенанты по-прежнему стояли по стойке смирно. Ощущение внимания к монаршим особам исчезло также быстро, как и возникло.

Самых дорогих визитеров проводили в их покои, а отряд эльфов расположили недалеко от палаток Ночных Стражей, что вызвало недовольство у лесных лучников.

***

На небе зажглась первая звезда, и группки гостей степенно потекли в главную Залу Дворца. На возвышении находились троны королевской четы. Гостей разместили по периметру зала, расставив для них удобные кресла.

После приветственной речи Бериона началось вручение подарков. Каждый из присутствующих, превознося неземную красоту Элидриль, вручал имениннице ценный дар своего народа. Здесь были серебряный пояс, украшенный эльфийской вязью; жемчужное ожерелье; мельхиоровый гарнитур из броши, перстня и заколки для волос с темно фиолетовыми, почти черными камнями; золотые браслеты, серьги с бриллиантами и многое другое.

В ответ подносящих дары ждали ослепительная улыбка красавицы, пожатие руки, добрые слова, которые песней отзывались в сердцах каждого.

После церемонии слово взял гном, капитан Ночных Стражей.

– Гильдия благодарит владыку Бериона за оказанное доверие. – Старик поклонился в пояс, – Но все эти прекрасные дары меркнут перед красотой и добротой принцессы. Позвольте же и нам оказать скромные знаки внимания Великому Дому Озер.

Затрубили горны, забили барабаны – действо началось.

В центр зала выбежали караульные с саблями, изображая поединок. Через несколько секунд появились четыре лейтенанта. Они как комета, прорезали пространство, и начали свой танец. Каждый в руках держал свое оружие. Один алебардой отражал сабельный шквал ударов. Второй лейтенант держал в руках тяжелую секиру гномов, но он так легко ей орудовал, что оружие казалась невесомым. Третий защитник бился двумя мечами с такой быстротой, что клинки было трудно рассмотреть. В руках четвертого возникли боевые веера, воин с большим мастерством применял их для нападения и отражения сабельных атак других стражей. Стремительный огонь из стали никак не мог поглотить бесстрашную бабочку, которая, то взмывала вверх над холодным пламенем, то погружалась вниз, разгоняя его взмахом своих крыльев.

Все гости, как зачарованные, наблюдали за происходящим в центре зала.

Кендарил наклонил голову, его взор затуманился, как будто принц к чему-то прислушивался. Ралион, заметив это, обратился к сыну.

– И кто же тебя так заинтересовал?

– Хранитель с веерами… – Кендарил отвечал, как в полусне, – Я ощущаю страсть танца, радость от встречи, но в тоже время… тоску, потому что придется уйти… Странно…

Таварзул саркастически поднял левую бровь, и неодобрительно посмотрел на Кендарила. Но что-то действительно не так. Хотя ощущения у старшего брата были совершенно другие. Презрение и тревога – вот что почувствовал кронпринц Лесного королевства. Однако от кого накатывали такие эмоции, эльф понять не мог.

К тому моменту действие подошло к своему апогею. Наемники образовали круг, в центре которого рядовые воины составили своеобразный трамплин. Над отрядом взлетел человек с алебардой, и во все стороны разлетелись золотые искры, как отблески заходящего солнца. Вверх подкинули гнома с секирой, и посыпались серебряные искры, словно звезды, мерцающие на небосводе. Вирява разрезала мечами пространство, и зал покрылся цветами. Когда же в воздух взлетел страж с алыми веерами, во всех направлениях устремились мириады бабочек. Они подлетали к гостям, усаживаясь на плечи, руки, головные уборы.

– Какая прекрасная эльфийская магия, – восхитился Кендарил, когда один из мотыльков опустился к нему на раскрытую ладонь и затрепетал крыльями, – откуда она у простых людей?

Но его восхищение прервалось вырвавшимся смешком из уст отца. Бабочка, подлетевшая к Таварзулу, взорвалась искрами и уколола того в лицо. В этот миг старшему принцу показалось, что в глазах караульного с веерами отразился такой же смешок, ведь никто из гостей больше не пострадал. Однако взгляд воина уже был прикован к Элидриль, ведь самая большая стайка мотыльков понеслась именно к ней и украсила собой весь трон принцессы. Страж мягко приземлился на пол.

Принцесса как будто растерялась и удивленно посмотрела на коленопреклонённого артиста, но в следующий момент ее лицо осветилось такой неподдельной радостью, девушка залилась звонким смехом, одарив воина многозначительным взглядом. Радостная улыбка осветила и лица хозяев дома. Музыка смолкла, и в воздухе пронесся вздох восхищения, а затем раздались бурные аплодисменты гостей.

Отряд Стражей быстро перегруппировался и замер в строевом порядке.

3.

– Я бы не простил, – услышал Кендарил обращение отца к старшему брату. Это стало спусковым крючком для дальнейших событий.