Но как же не вовремя эта поездка. Конец месяца, время начисления зарплаты, а как назло из-за каких-то проволочек монтажники только завтра принесут свои табеля. Придется после поездки возвращаться в офис их оформлять, а уже зная по опыту, это не один час. И завтра последний день, чтобы все отправить бухгалтеру, чтобы рабочим не задержали зарплату.

Но об этом я старалась не думать, это будет потом, сначала нужно пережить поездку.

Я настолько переволновалась, что не могла уснуть всю ночь, представляя и придумывая различные варианты нашей поездки: от ужасного скандала и убеганием из машины, до бурного поцелуя и счастливой дальнейшей жизни. Меня кидало из стороны в сторону. Так что утро я встретила невыспавшейся и нервной.

Ровно в девять я спустилась вниз, Евгений уже стоял у машины. Хмуро поздоровавшись, открыл пассажирскую дверь. Вот и зачем я ему понадобилась, чтобы все время в пути недовольно фырчать?

Глубоко вздохнув села в автомобиль, в салоне негромко играла музыка, чтобы хоть как-то разрядить обстановку решила уточнить, что от меня требуется.

— На месте скажу, — пробурчал Карелин, смотря на дорогу, больше не говоря ни слова.

Я отвернулась к окну, смотря, как проносятся за окном дома, скверы. Плавный ход машины заставлял глаза закрываться, бессонная ночь так же давала о себе знать.

— Просыпайся, спящая красавица, — нежного поглаживание по плечу, выдернуло меня из сна. В первый момент я даже не поняла, где нахожусь. — Мы приехали вообще-то. Что ты делала всю ночь, что проспала всю дорогу?

«Думала о вас» хотела ответить я, но даже не проснувшийся мозг понял, что это было бы через чур. Я осмотрелась, мы стояли на парковке торгового центра. Ничего себе, я действительно проспала всю дорогу.

— Пойдем, нас ждут. Возьми документы, — Евгений протянул мне увесистую черную папку.

Еле выползла из машины, папка оттягивала руки, ветер трепал волосы, а я так и не могла прийти в себя после поездки. А все не так и страшно. Половина пройдена, остался только путь домой.

Нас уже ждали. Дима — бригадир монтажников, уже вышел встречать нас. Он с удивлением посмотрел на меня, мне же оставалось пожать плечами, я тут не причем. Что начальство сказало, то и делаю.

Пока мужчины обсуждали рабочие вопросы, я слонялась за ними, злясь на всех и вся. Для чего мне нужно было ехать? Все это они могли обсудить сами, документы были не нужны. И я просто следовала за директором.

Когда градус моей злости достиг предела, ко мне подошел Дима.

— А ты чего в такую даль ехала?

— А ты у Евгения Валерьевича спроси, зачем я ему так понадобилась. Наверное, скучно было ехать, — огрызнулась я, но тут же поняла, что выплеснула злость, на ни в чем не повинного человека. — Прости, Дим. Я на самом деле не знаю, зачем он меня привез. Хожу, как дурра, хвостиком, и не понимаю, для чего я здесь. Мне еще сегодня ваши табели вбивать, так что настроение, сам понимаешь, не очень. Еще есть хочу, как собака.

— Держи, подслащу тебе твою участь, — мужчина достал из кармана горсть конфет, я подставила руки, задорно улыбаясь. А жизнь то налаживается. Дима всегда угощал меня чем-то вкусным, когда приходил в офис.

— Спасибо, — пробормотала я, запихивая в рот конфету.

— Мы уезжаем, — прогрохотало над ухом так, что я чуть не подавилась.

— Уже? А документы? — попыталась вставить слово, но техдир широкими шагами уже покидал здание. — Пока Дим.

Прокричала я, пытаясь успеть за Евгением, с его то настроением может уехать и без меня.

Я запрыгнула в машину, когда она была уже заведена.

— Евгений, а документы? Их не нужно было отдать?

— Нет.

Я замолчала, не было смысла продолжать допытываться. Это я уже прекрасно понимала.

— Сейчас заедем, пообедаем и поедем к дому, — не терпящим возражения тоном констатировал Евгений, а это меня взбесило еще больше.

— Я не голодна, я подожду вас в машине, — мне хотелось кричать и топать ногами. Внутри было все натянуто, как струна.

— Конфетами не наешься, — он хмуро взглянул на меня, и когда только успел заметить. Мы остановились у небольшого кафе.

— Пойдем, тут хорошая кухня.

Я затолкала свое недовольство подальше, я — не маленький ребенок, чтобы истерить и показывать начальству, что мне что-то не по нраву.

Действительно, кафе было уютным и еда превосходной, но напряжение и тишину между нами можно было резать ножом.

Мы, молча, обедали, я не отрывала взгляда от тарелки, Евгений же спокойно сидел, было впечатление, что ему все равно на напряженную обстановку. Заплатив по счету, не слушая моих возражений, мы вернулись в машину. Впереди ждал долгий путь домой.