Дело в том, что некрепким на вид телосложением и мягкими пушистыми светлыми волосами я пошла в свою маму, которая была тихим и скромным «небесным созданием» и работала заведующей библиотекой, а вот твердым духом и сильными руками, в отца, который в молодости работал в кузнице молотобойцем, а в последующие годы не раз побеждал на всяких любительских соревнованиях по поднятию и подбрасыванию различных тяжестей. Это совершенно не означает, что на тонких ручках у меня висят пудовые кулаки. Все очень даже пропорционально, только вот сила в руках у меня мужская.

— Извините. — сказал Егор Оксане и потащил меня прочь из здания на автомобильную стоянку, молча запихал вещи в багажник, сел за руль, дождался, когда я займу сиденье рядом и с места рванул нашу золотистую «десяточку». Я смотрела перед собой на дорогу и ждала нагоняя. Спокойного Егора иногда выводили из себя мои эмоциональные выходки. Но оказалось, что не в этот раз.

— Я думал, что у нее глаза выпадут. — неожиданно расхохотался он, машинально сбрасывая скорость.

Я тоже начала смеяться, вспоминая, как она дула на свои пальцы.

— Что ей было нужно? — спросила я, вдоволь насмеявшись.

— Если бы я знал! Вошла в салон, тут же обменялась местами с моим соседом и всю дорогу несла какую-то чушь про парижских модельеров, бутики и парикмахерские салоны. — недоуменно сказал Егор.

— А что ты такого ей про меня рассказывал? — снова спросила я.

— Да ну ее! Дура какая-то! Она спросила: «Как зовут вашу жену?», я ответил: «Нина». Вот и все.

— Действительно, дура. — согласилась я. — Черт с ней! Говори, как съездил, как Париж?

— Эх, Нинок, нам бы туда вдвоем. — мечтательно сказал Егор.

— Да уж. — притворно надулась я. — Кто бы мог подумать — твои приборы так понравятся французским электронщикам, что они тебя за свой счет пригласят на выставку? Никита, наверное, обзавидовался весь. Мне тут его Ирка три раза за две недели звонила и вздыхала по поводу подарков, которые ты мне привезешь. Надеюсь, она не зря вздыхала, подарки-то привез?

Егор приобнял меня одной рукой, слегка притянул к себе и сказал, поцеловав в висок.

— Конечно привез, неужели я оставлю свою Ниночку без подарков. И Никите с Иркой, кстати, тоже привез, так что пусть она не завидует.

— Ты говоришь о невозможном, но правильно сделал, о друзьях нужно помнить. — похвалила я мужа. — Но друзья друзьями, а ты мне по жизни теперь должен поездку в Париж.

— И ты ее получишь. — хитро взглянул на меня муж.

— Как это? — вытаращилась я.

— Французы заключили с нашей фирмой контракт на поставку партии моих приборов. А это пахнет новыми ближайшими командировками и нехилыми денежками, поэтому будет на что свозить тебя в Париж! — на высокой ноте закончил он, а я взвизгнула и кинулась его целовать.

— Отпусти, бешеная, сейчас врежемся! — отбивался Егор, но было видно, что он очень доволен произведенным эффектом.

* * *

Шеф видел все, что происходило внизу у багажного транспортера. Видел, как Егор крепко обнял налетевшую на него вихрем жену, как они целовались. Видел, как эта лошадь Оксана, вопреки всем полученным инструкциям, полезла ручкаться с женой Егора. Только вот не понял, почему это Оксану так перекосило, аж слезы потом вытирала. Ладно, через час он встретится с ней в условленном месте, сначала затащит в постель, а уж потом устроит ей такой разбор полетов, что мало не покажется. Будет знать, как нарушать инструкции!

Мужчина проводил похотливым взглядом высокую Оксанину фигуру и направился по боковой лестнице к самому дальнему выходу из вокзала. Там за углом была припаркована его машина, подальше от постороннего взгляда. Сегодня он приехал на своей собственной, а не на такси, что, по большому счету, тоже являлось грубым нарушением инструкции, но он не смог пересилить свое желание прокатиться по весеннему городу за рулем своей красавицы. Оставалось надеяться, что хозяева никого не приставили следить за ним, как он сейчас следил за Егором и Оксаной.

Мужчина понимал, что француз не станет тратиться, чтобы устраивать слежку за завербованным им человеком. У него требования простые — выполнишь работу, значит переведут деньги на счет, а нет — пардон месье.

* * *

Мы подъехали к дому, загнали машину в «ракушку» и поднялись к себе на третий этаж. Услышав, как открывается наша входная дверь, из своей выглянул Вадька и заулыбался.

— С приездом, Егор.

— Спасибо, Вадя. — Егор шагнул к нему и пожал протянутую руку. — Зайди вечером, я тебе гостинчик привез.