Монстр рассмеялся.

Как прикажешь, моя Хозяйка Озер.

Его шепот был насмешкой, но Алгонквин не могла отвлекаться на него. Все ее силы, вся вода, которую она могла безопасно взять, не навредив своей любимой рыбе, были сосредоточены на подавлении магии, которая быстро росла внутри круга без управления.

— Рано, — прошептала она, давя изо всех сил. — Ты еще не победила.

Пойманный Смертный Дух выла, оглушительный крик гнева и мести разбил все стекло у бронированного конвоя, который все еще покидал Яму. Алгонквин ответила своим гневом, и вся Яма дрожала, пока она давила десятифутовой волной бушующей воды.

А далеко-далеко, дальше, чем могли ощутить духи, выжидал Левиафан.

Глава 9

Когда он прыгнул в люк в шкафу Бетезды, Джулиус ожидал, что окажется в бункере. Паранойя его матери была сильной, но даже она не могла управлять физическим пространством. Тесные помещения внутри вершины горы не позволяли личный бункер. В результате, тайный ход Бетезды выбросил Джулиуса, Фредрика и Челси в комнату Боба этажом ниже.

Через потолок. Пещеры драконьих размеров.

Конечно, Челси и Фредрик пролетели двадцать футов и приземлились на ноги, как и должны драконы. Падение Джулиуса не было таким изящным. Он не рухнул как камень, но было близко. К счастью, мусор вокруг смягчил его падение.

Он упал на стопку старых журналов, пыльных записок и дюжину коробок с футболками общества ценителей почтовых голубей Нью-Мехико. Он пытался встать на ноги, когда Челси схватила его за руку.

— Нужно двигаться, — сказала она, поднимая его. — Вряд ли они погонятся за нами, но я не хочу быть тут, если они решат это сделать.

Она закончила, толкнув его к двери, но Джулиус уперся упрямо ногами в камень.

— Нам нужно поговорить.

— Зачем? — рявкнула Челси, повернувшись к Фредрику. — Хватай его и идем.

Фредрик стиснул зубы и прошел к Джулиусу, но не схватил его. Он встал рядом с Джулиусом, повернувшись к Челси, скрестив упрямо руки на груди.

— Серьезно? — сказала Челси.

— Да, — прорычал Фредрик, не очень зеленые глаза сияли во тьме. — Джулиус прав. Тебе нужно многое объяснить.

— На это нет времени.

— Тогда найдем его, — сказал Джулиус. — Потому что это важно, — он с мольбой смотрел на сестру. — Что ты делаешь, Челси?

— Что и всегда, — рявкнула она. — Спасаю ваши хвосты.

— Не это, — гневно сказал он. — Что ты тут делаешь? Почему ты не говоришь наверху с Цилинем?

— Потому что это ужасная идея.

— Почему? — осведомился Джулиус.

Ответом Челси был беззвучный убийственный взгляд. Она отвернулась. Она шла к выходу, когда Джулиус сказал:

— Я знаю, что случилось в Китае.

— Знаю, — она открыла дверь комнаты Боба. — Я за тобой следила, помнишь? Иначе как я успела бы тебя спасти?

Джулиус не подумал об этом. Он так привык, что она просто появлялась за ним, что не понял, что это означало.

— Так ты слышала, как Цилинь сказал…

— Я слышала достаточно, — прорычала Челси, высунув голову в коридор. — Чисто. Идем.

— Мы никуда не пойдем, пока не разберемся, — упрямо сказал Джулиус. — Он все еще тебя любит, Челси.

Она отпрянула от двери, тяжко и с горечью вздохнув.

— Ты ничего не знаешь.

— Я знаю, что ты любишь Цилиня, — сказал он. — Я знаю, что он был твоим китайским драконом, он нарисовал картину из твоей спальни. И я знаю, что он все это делает ради тебя. Борьба с Алгонквин — лишь повод, потому что, хоть он думает, что ты предала его, он не мог вынести твоей смерти. Он хочет, чтобы ты была защищена, и я не понимаю, почему ты убегаешь.

— И не поймешь, — буркнула она, хмуро оглянувшись. — Брось это, Джулиус.

— Нет, — прорычал он, сжимая кулаки. — Не видишь? Ты — наш выход из этого бардака! Что бы ни случилось в прошлом, вы все еще дороги друг другу. Потому ты творила этот глупый танец. Но если ты перестала бы убегать хоть на пять минут, и вы поговорили бы, все это вторжение могло бы закончиться.

Он умолк, ждал ответа, но не получил его. Пока он говорил, Челси замкнулась, скрестила руки на груди и задрала плечи до ушей. Даже ее взгляд был опущен на пол, она буркнула: