Бобби ничего не ответил.

— Он не хотел, Бобби. Он хочет производить на всех хорошее впечатление. Чтобы все выглядело идеально и не видит, что с нами что — то не так, хотя это очевидно.

Видимо Бобби думал, что вернуться сюда было хорошей идей. Ведь я сама ему как — то сказала, что это мое самое любимое место. Но это было до того, как я приняла самое страшное решение в своей жизни. Возвращение сюда — словно разбередить старые раны, которые никак не хотели полностью заживать. Само по себе возвращение Бобби было достаточным, чтобы вскрыть старые раны, но сейчас это было уже слишком.

Я сделала то, что делала всегда, когда не могла спать по ночам, когда в доме становилось слишком душно. Шагнув к крыльцу Бобби последовал за мной на улицу.

— Лил, прости. Я не думал…

— Что ты думал, Бобби? — я развернулась к нему лицом. — Ты хотел привезти меня сюда и напомнить мне какой ты классный парень? Как с тобой весело? Как с тобой приятно? Ты хотел научить меня смеяться снова? — отрезала я. — Но ты больше не тот парень. Ты оставил меня здесь. В одиночестве. Ушел с моим сердцем, и потом умер. Умер, Бобби. А теперь ты здесь.

— Ты выбрала эту жизнь, Лилли! Я не оставлял тебя в одиночестве. Оставил тебя, когда ты вышла замуж за Рори. Ушел, потому что не мог быть счастливым даже ради моего собственного брата. Не мог смотреть на него без ревности. Я не мог смотреть на его жену, не желая ее. Я не хотел быть таким человеком.

— И поэтому ты привез меня сюда? Чтобы напомнить мне обо всем, что потеряла, когда сделала это выбор, — я скрестила руки и подняла голову вверх, как будто там я могла найти все ответы. Звезды мерцали на черном небе. Я уже начала забывать, насколько это прекрасно.

— Ты это хотел сказать мне?

— Я просто пытаюсь сделать тебя снова счастливой.

— Бобби, счастливая Лилли — это Лилли, которая с тобой! — закричала я. — Все, что ты делаешь, это напоминаешь мне, что Рори не ты и что он не может быть тобой.

Бобби сделал шаг назад, как будто мои слова оттолкнули его физически.

— Я не хотел. Хотел сделать лучше для вас.

— Так не бывает. Одному из нас все равно будет больно, чтобы не произошло, Бобби. Мы пытались это сделать. Чтобы Рори был счастлив, но привело это лишь к тому, что несчастны мы оба, он и я.

Бобби провел ладонью по волосам и сжал их у корней.

— Лилли, я пытаюсь изменить это здесь и сейчас. Так старался сделать что — то правильно. Был эгоистом и ушел. Я просто пытаюсь сделать что — то правильно.

Я усмехнулась про себя.

— У него никогда не было шансов. У Рори никогда не было шансов, — покачала головой, испытывая чувство жалости. — С первого дня нашего брака он не мог победить, потому что он не ты.

Обернувшись, глядя в темный лес, решила свою дилемму.

— Не знаю, как это исправить. Он никогда не будет тобой. Это не его вина или наша. Это просто есть. В течение многих лет я винила во всем его. Я любила тебя. Я любила тебя ненавидеть. Я любила тебя любить. И когда ты ушел, обвинила во всем его. Это нечестно. Ничто из этого не является справедливым. Для него. Для нас, — мои крики исчезли в темной ночи. Так же, как и все мои усилия, они ничего не значили. — Мы старались сделать правильную вещь. Мы пожертвовали всем ради него. И я думаю, мы сделали только хуже. Только взгляни на него.

— Стоп, — твердо сказал Бобби.

— Я была так холодна с ним. Отталкивала его так много раз. Создала человека, которого ты видишь сегодня. Думаешь это правильно?

— Стоп, — повторил Бобби.

Эмоции вспыхнули во мне. Они вырывались из меня, словно из тайного места, где хранились все эти годы. Годы секретов. Годы неразделенной любви. Мои мечты были разрушены. Я начала бить себя кулаком в грудь.

— Больно. Это физически больно видеть тебя каждый день. Ты первый человек о ком я думаю, когда просыпаюсь. Когда я думала, что ты умер, то умерла вместе с тобой. Рори жил с мертвецом все эти годы.

Бобби подошел ближе ко мне.

— Перестань, Лил.

— Быть рядом с тобой и пытаться не любить, это так трудно.

Меня совершенно не волновало притворство. Нити были разорваны, и я чувствовала все свои гнойные раны, которые болели эти годы.

— И вот ты берешь меня на танцы и рассказываешь мне обо всех своих письмах, что не отправлял мне. И везешь меня сюда. Ты делаешь невозможным не любить тебя, черт возьми, — я указала на него пальцем. — Я ненавижу тебя за это.

— Черт возьми, — сказал Бобби притянув меня к себе.