Килан ещё спала, поэтому я постарался выпутаться из её рук так ловко, чтобы не нарушить её сон. Я убрал её волосы с лица, и у меня снова появилась чудная мысль в голове. Я взял свой телефон и зачем-то сфотографировал её, затем отметил фото, оставляя его в избранном, чтобы мог сразу же найти его в альбоме, как только захочу не неё посмотреть.

Я спятил?

Я положил телефон на тумбу и решил немного обрадовать Килан, когда она проснётся. Я попытался самостоятельно соорудить нам омлет. И «попытка» — это именно то слово, которым можно было охарактеризовать то, что я видел перед собой. Обугленное месиво, которое должно было быть омлетом, расти у меня руки из нужного места. Я безнадёжен во всём, что касается кулинарии.

— Чем это так жутко пахнет? — обернулся я на её хрипловатый голос, когда она, ещё сонная, вошла на кухню.

— Хреновый из меня повар, — указал я на кусок гари. — Он немного пригорел. Хотя «немного» — немного неверное истолкование, он целиком и полностью пригорел к чёртовой бабушке.

— Не страшно, если это приготовил ты, то я съем и пригоревший омлет.

— Ты уверена? — недоверчиво я на неё посмотрел. — По-моему, им может не подавиться разве что мусорное ведро.

— Я, пожалуй, попробую, — сказала она, потирая ладони.

Она наложила себе в тарелку небольшой кусочек моего фирменного чёрного омлета, взяла вилку и села за стол, пока я неотрывно наблюдал за ней. Она не шутит? Килан положила кусочек в рот, а я мысленно приготовился к тому, что её желудок после этого попросит выплюнуть всё его содержимое наружу. Килан сделала невозмутимое лицо, пока тщательно пережёвывала пищу.

Нет, она нисколько не шутила!

— Ну как? Есть можно? — прищурившись, спросил я.

Она что-то помычала и сомнительно кивнула мне, затем она заставила себя проглотить то, что так старательно пережёвывала, и до меня дошло, что она притворялась, поэтому я решил ей подыграть, мне до безумия захотелось посмотреть, до чего же она дойдёт с этой дурацкой пантомимой.

Я устроился поудобнее на стуле за столом и с нешуточным восторгом наблюдал за тем, как она вкушала это дерьмо, лишь бы не ранить мои чувства и не обесценить мои старания.

— Может быть, воды или сока? — ехидно спросил я.

Она снова не ответила, а лишь отрицательно помотала головой. Я уже не мог серьёзно наблюдать за её выражением лица, мне хотелось упасть на пол и кататься по нему со смеху.

И вот она наконец отодвинула от себя тарелку, взяла салфетку рядом с собой и выплюнула в неё оставшуюся пищу, которую ещё не успела проглотить.

— Ты прав, это невозможно есть! — громко заявила она, вставая из-за стола, чтобы налить себе воды. Она осушила полный стакан и грозно указала на меня пальцем, когда я давился смехом. — С этого дня готовка лежит на мне! Я не хочу просидеть целый день на унитазе с расстройством желудка после твоих сомнительных омлетов.

— Могла бы обойтись и без таких красочных подробностей, — прохрипел я, держась за живот.

— Я тебя разочарую, но девочкам тоже свойственно ходить в туалет, — стрельнула она в меня молниями из глаз и затем открыла холодильник в поисках съедобной еды.

— Да ладно? А я ведь думал, вы ходите туда, чтобы собраться с мыслями и перевести дух.

— Можно и так сказать, — покраснела она, выглядывая из-за двери холодильника.

— Хорошо, раз с этим разобрались, то я в душ, а с тебя что-нибудь вкусненькое, — я ущипнул её за попку, когда проходил мимо неё.

Я зашёл в гардеробную, чтобы взять чистые полотенца и что-нибудь из домашней одежды, и не нарочно наткнулся на её шкафчик, который выделил ей ранее. Мне стало любопытно, что именно находилось у неё в вещах. Я приоткрыл дверь, заглянул в щель и, убедившись в том, что её не было поблизости, тихонечко прикрыл её. Распахнув дверцу шкафа, я прошёлся пальцами по вещам, аккуратно развешанным на вешалках, отмечая для себя, что у неё в гардеробе имелись даже юбки, хотя я ни разу не видел её в них, затем я поднял руку вверх, и, нашарив что-то мягкое, ухватился за ткань. Я развернул перед глазами что-то непонятное, но достаточно приятное на ощупь, и не сразу смог понять, что это могло быть. Чёрная полупрозрачная кружевная вещица больше походила на купальник, но в нём вряд ли можно было купаться, не привлекая к себе ненужное внимание, и затем до меня дошло, что это было эротическое бельё, откровенное и сексуальное.

Хм. Она носит такое или взяла его специально для меня?

Но все мои догадки подтвердились, когда я увидел на нём этикетку, я понял, что это бельё было совершенно новое. Его, определённо, нужно примерить. Думается, Килан будет выглядеть в нём соблазнительно. Я отложил чёрное кружево в сторону и нашарил ещё что-то. На сей раз это было красное бельё такого же характера, что и предыдущее, но уже раздельное и снова с биркой. Я вернул всё обратно на своё место, и мне нужно было дать себе минутку, чтобы немного отдышаться, потому как я понял, что у меня разыгралась фантазия, пока я представлял перед собой Килан в одном лишь нижнем белье, да так, что теперь у меня наблюдается внушительный дискомфорт в трусах.