Имел институт материалов запас,

И начали строить мгновенно его

(Имел институт также классный завод).

Был наш Эухеньо отчаянно рад.

Не видел он больше препон и преград.

Путь к Марсу цвел светом рождественских звезд,

Как в сказке, но в этот раз точно всерьез.

Пришел инженер Драгомир Попаеску.

Принес на скафандр он железных обрезков.

И хоть не нуждался в скафандре вампир,

"К скафандрам привык человеческий мир!" -

Сказала ему Лена Попа-Матей,

Пиарщица, мать семерых дочерей.

Дело свое Драгомир круто знал,

Очень успешный скафандр собрал.

Лена меж тем обзвонила газет,

Всех журналистов звала на банкет.

Корабль был близок уже к завершению.

Его посмотреть захотел Эухеньо.

В ангар самолетный отправился он.

Корабль размером был со стадион,

При этом изящен его был объем.

Сказал Похуеску: "О, сердце мое!"

Не ведал никто, что в виду он имел,

Однако корабль, кто бы ни посмотрел,

По форме действительно напоминал

То, что Эухеньо в нем распознал.

И так было имя дано кораблю

(Я имя то очень, читатель, люблю -

Поэтому я так поэму назвал.

И тот молодец, кто его угадал!)

Успешно прошел наш вампир инструктаж,

Космический смог совершать пилотаж.

И пресс-конференцию вскоре он дал

И много симпатий различных снискал.

И вот он в корабль уже погрузился,

Обставился там, сложил вещи, обжился,

А скоро настал и полета момент

А с ним и космический ангажемент.

Весь Бухарест посетил космодром

И космонавта увидел на нем.

Были все жители восхищены,

Гордились сим сыном великой страны.

Как славно, что был он скафандром прикрыт -

Никто не сумел оценить его вид,

Скафандр однако создал ореол

Геройства. Что ж, наш марсианский посол

В корабль залез, управление включил

И голосом четким для всех сообщил:

"Я космонавт, отправляюсь я в путь.

Кстати, меня Эухеньо зовут,

А по фамилии я Похуеску.

Ношу я скафандр, что мне из обрезков

Собрал инженер дорогой Драгомир.

Ну что ж, я теперь корабля командир.

Командую я: Начинаем полет".

Тут поняли все - Эухеньо поет.

Песня была чрезвычайно прекрасна

И выражала душевную страстность.

Ее услыхав, я пускаю слезу,

И мысли полет в голубую лазурь

Уносит меня, и я делаю стих

Получше творцов неживых и живых.

Долгими ночами мне снилась планета,

Красная планета - мой Марс.

Множество парсеков и метров меж нами,

Но все ж лечу к тебе я, мой Марс.

Здесь, там, летаю я сам,

Я летаю на Сердце своем.

Несет меня Сердце вперед,

Я пою и корабль мой корабль мой поет.

Каждый винт обшивки вибрирует нежно

В такт пиздатой песне моей,

И в иллюминатор мне тычутся звезды

Сонмами бенгальских огней.

И вот вершу я полет.

Я прекрасный такой космонавт.

Несет меня Сердце вперед,

Меня ждет марсианский ландшафт.

Как только корабль сокрылся в дали,

Все зрители быстро домой разошлись,

Чтобы заняться делами своими,

Не марсианскими вовсе - земными.

Но Попа-Матей, Леночка, в тот же час,

Когда интерес популяции гас,

Пустилась искать всех, кто что-либо знал

О нашем герое: где он начинал,

Куда приводила дорога его,

И как космонавтом он стал, от чего?

Немедленно поиск принес ей плоды.

Нашла наша Лена двух немолодых,

Но бодрых весьма мексиканцев. Они

Были из ближней геройской родни,

Ну а конкретнее - мать и отец.

Лены талант засиял наконец.

В Мексику спешно билет прикупив,

Камеру в сумку свою поместив,

Лена летит, чтобы брать интервью,

Электропочту читает свою.

В почту ей пишет какой-то Боян,

Флори, Бобер, Аполлон из цыган

Б. Камамбер, Фуа Гра и Ашан,

Х. Телескопский и Б. Баклажян.

Лена открыла письмо от Флори -