– Когда я туда поступала, - задумчиво сказала мама, - сдавала устный русский язык, историю, английский и еще писала сочинение. Если все осталось по-прежнему, то будем искать репетитора-историка и словесника. Английский ты сдашь, в этом я уверена.

Я съездила в институт и навела там справки. Мамина информация о вступительных экзаменах подтвердилась. Кроме того, я узнала, что на решение экзаменационной комиссии большое влияние оказывает аттестационный бал абитуриента. То есть среднее арифметическое годовых оценок, что проставлены в аттестате зрелости по всем учебным дисциплинам. Чем оно выше, тем лучше. Значит, за год мне следовало по всем школьным предметам выйти если не в отличницы, то в крепкие хорошистки.

Ну, что делать? Взялся за гуж - не говори, что не дюж!

Я решила стать как минимум хорошисткой.

Сказано - сделано! Я спокойно и серьезно принялась улучшать успеваемость в школе. Дома выполняла все домашние задания - не жалея времени и сил. Порой сидела над ними до позднего вечера. В классе внимательно слушала учителей. Перед каждым уроком пролистывала учебник: освежала в памяти выученное дома. Одноклассники сначала поглядывали на меня с удивлением, потом привыкли. Успокоиться не мог только Мишка Ефремов. У него не укладывалось в голове: как могла его компанейская и лихая 'классная подруга' превратиться в скучную буквоедку?!

– Что с тобой стряслось, Платонова?
– подходил он ко мне на переменах. На них я обычно не убегала из класса, как все остальные, а оставалась сидеть за партой: готовилась к предстоящему занятию.
– С тобой теперь парой слов перекинуться нельзя! Все книжки читаешь!
– Я не отвечала, уткнувшись в учебник.
– Алё!
– стучал он по моей парте кулаком.
– Ты где? Куда идешь по жизни, а?

Я не обращала на него внимания.

– 'Русь, куда ж несешься ты?
– философски цитировал Мишка Гоголя.
– Дай ответ. Не дает ответа'.
– И неожиданно предлагал: - Пойдем сегодня в 'Метелицу', потанцуем!

Я отрывала глаза от учебника и строго говорила:

– Отстань, Ефремов! Танцевать ему... А у самого двойка по алгебре! Ты в десятом классе учишься. Как аттестат получать будешь?

– Тьфу на тебя!
– в сердцах выдавал он и отходил, осуждающе бормоча: - Вот так хорошие люди и пропадают!..

Результаты моих усилий не заставили себя ждать. В прошлые годы учебы мой дневник наводняли тройки. Теперь же на его страницах красовались исключительно четверки и пятерки. Отличницей я чаще всего выступала на уроках английского языка. Но через три-четыре месяца после начала учебного года вышла в первые ученицы класса еще по трем предметам. После моего разговора с родителями о поступлении в институт мама быстро нашла репетиторов. И уже в середине сентября я под патронажем опытных преподавателей стала усиленно изучать историю, литературу и русский язык. Ну и, само собой, применяла полученные знания в школе! Постепенно неуверенные одноногие четверки, что я обычно получала по всем 'репетиторским' предметам, уступили место пузатым самодовольным пятеркам.

Я вела строгий образ жизни зубрилы-затворницы. Утром и днем - сосредоточенная учеба в школе, после обеда - приготовление домашних заданий. Три раза в неделю я ездила на занятия с репетиторами. Вечерами писала письма к Отари. Перед сном читала учебники английской грамматики: самостоятельно готовилась к сдаче вступительного экзамена в институт.

Размеренное, ровное, терпеливое движение вперед...

Я не переставала себе удивляться. У меня получалось теперь настойчиво и успешно делать то, от чего я шарахалась с первого класса! Более того - мне это понравилось!

Такого поворота дел я никак не ожидала. Учеба всегда была для меня тягостным бременем. Решение повысить успеваемость, получить хороший аттестат и поступить в институт, вообще говоря, противоречило моей натуре. Поэтому выполнение поставленных задач представлялось мучительным. Но я должна была выстроить то, что задумала! В моей любви, в моей новой жизни не было другого пути! Я мужественно готовилась отдать все силы на достижение цели. Но вполне допускала, что однажды свалюсь без сил на обочине дороги, по которой рискнула пойти.

Я плохо себя знала. Непреклонное намерение добиться желаемого неожиданно поставило меня лицом лицу с собственным alter ego, моим вторым 'Я'. Это была совершенно неизвестная мне Оля Платонова - настолько неизвестная, что я только диву давалась! Хотя...

Было ясно, что мы с ней давно знакомы. Это она все предыдущие годы выручала меня в школе. Я могла начхать на учебу, но ее сообразительность, отличная память и развитое мышление спасали меня от двоек. Это она уверенно изучила английский и грузинский языки. А когда королева Великобритании Елизавета II посетила спецшколу ? 20, блестяще выступила переводчиком для почетной гостьи. В конце концов, именно эта Оля Платонова направила все мои усилия на 'лучшую самореализацию'. Ей было присуще не только развитое, но и конструктивное мышление. К тому же она обладала разумной практичностью и высокой работоспособностью. Ее не пугали трудности пути.

Осознав это, я решительно дала карт-бланш лучшей части своей натуры.

И стала другим человеком.

Время летело незаметно. Моя новая жизнь шла своим чередом. Каждый месяц я получала письма Отари, перечитывала их сотни раз, и на каждое из них отвечала тридцатью посланиями - подробными рассказами о себе. А в остальное время училась, училась, училась. И все было бы хорошо. Но...

Обильное кровотечение, которое я пережила после суда над Отари, не прошло бесследно. Разлука с любимым нанесла моему телу удар, от которого оно оправиться не смогло. Меня стали беспокоить нарушения менструального цикла. Регулы не наступали по два месяца. А потом длительные, по две-три недели, мучительные кровотечения лишали меня сил.