– Сперва сама глотни, - пробасил дед недоверчиво. Я хмыкнула и отпила глоток, понимая вместе с этим, что очень хочется пить. К счастью в дверце оказалась бутылка минералки.

Мы вышли из лаборатории и устроились перед выходом, я села на табуреточку, а дед прямо на траву. Сарик так ловко опустился на землю, словно не он минуту назад стучал палкой и шаркал ногами. И уставился на меня хитрющими глазами.

– Что же ты хотела узнать?
– от его голоса табуреточка заходила ходуном.

– Первое, где мы. Второе, кто ты. Третье, как отсюда вернуться обратно. Четвертое, ты знаешь что с ним, - я покосилась на рыжего, который выдохся и просто валялся на траве в позе морской звезды, уснул он там что ли, а кто будет разбираться с этим всем - и когда он станет вменяемым?

Дед проследил за моим взглядом и хмыкнул:

– Начну с конца, - пророкотал он и прихлебнул из бутылки, - говоришь, домой малец возвратился? Тогда и неудивительно, что ошалел от радости. Поваляется пару часиков и станет, как новенький.

– А вы не знаете, что значит "белый код"?
– не утерпела я.

– Нет, деточка, чего не знаю, о том и врать не стану.

Ну и хитрый жук! А о чем знает, о том и врать можно, так что ли? Ладно, сама разберусь.

– Так вот, как вернуться тебе тоже не знаю, ты же не сказала мне куда тебе надо, на юг там, на север или куда. Скажешь откуда пришла, скажу как тебе возвратиться.
– Старик снова отпил кефирчик, довольно крякнул и, видя, что отвечать я не спешу, продолжил своим низким голосом:

– А я ведомо кто, хранитель этого леса. Почуял, что кто-то птичек тут гоняет, да травку приминает, вот и пришлось все дела свои бросать, да идти нарушителей гонять.
– Я не выдержала и рассмеялась.

– Кто же так гоняет? Кстати, как тебе кефирчик?
– хранитель усмехнулся, было видно, что ему доставляет удовольствие подкалывать и получать остроты в ответ.
– А зовут тебя как?

– Знамо как, Салтус я. Ну и ответ на первый твой вопрос, мы в лесу.
– И он довольный очередной своей шуткой захохотал. У меня сердце забилось, как на рок-концерте, и ноги задрожали. Рыжий тоже не остался безучастным к этим громоподобным звукам и широко улыбаясь счастливо-глупой улыбкой подошел к нам.

Когда он увидел с кем я говорю, улыбка сменилась серьезным выражением лица и даже каким-то благоговением. Увидев в руке старика почти опустошенную бутылку, покосился с тревогой на меня. А после, совершенно для меня неожиданно, опустился перед Салтусом на одно колено и тихо попросил:

– Благослови, Хранитель, да стоит этот лес вечно!

Салтус довольно хмыкнул и пророкотал:

– Путь нелегкий перед вами,

Друзья окажутся врагами.

Найдете там, где не теряли

И разделите печали.

С вестницей одна дорога

И препятствий будет много,

Сердце к сердцу, выбор ей,

Но и ты не оробей!

Он стукнул посохом по земле, и в тот же миг на полянку налетел порыв холодного ветра. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, то старика уже не было, а рыжий понуро сидел напротив меня.

– Я просил благословения, а не предсказаний...
– пробубнил он себе под нос.

Издалека раздался смех, больше похожий на раскаты грома.

А я снова ничего не поняла. Совсем ничего.

Близился вечер. Мы с рыжим выгребли из холодильника все скудные запасы и уселись перед входом в лабораторию. Сидели, как перед избушкой и лопали подтаявшее мороженое, сосиски, подсохший сыр и запивали все это уже теплой минералкой. Ну а что, не пропадать же еде.

Разговор не клеился. Рыжий угрюмо молчал, я же, после всех безумств сегодняшнего дня, тоже не особо рвалась что-то обсуждать.

– Как тебя зовут?
– дожевывая последнюю сосиску и тут же запихивая в рот сплющенное донышко от вафельного стаканчика с капающим пломбиром, спросил рыжий.

– Ангелина. Для друзей просто Лина. А ты?

– Я Мартен.
– он почему-то смутился.

– Так ты что, приезжий? Откуда такое имя необычное?

– Мартен - это куница. Я думал, ты уже поняла, что я не из вашего мира.

– А мое имя означает вестница или ангел.
– Решила поделиться я знаниями, почерпнутыми из Интернета.

Мартен вдруг вскочил и уставился на меня в упор:

– Вестница? Ты вестница?

– Я Ангелина, вообще-то. И я не понимаю, чего ты так орешь, ну имя и имя.

– Да ты вообще хранителя слушала?
– он обвиняюще ткнул пальцем мне в район носа.

– Ну, его трудно было не услышать. У Салтуса голос будь здоров.

– Что?! Он тебе и имя свое сказал?
– парень явно перегибал палку в своих реакциях. Поэтому я заговорила спокойно, как с маленьким, стараясь не реагировать на его вопли. Конечно, было не очень приятно, что он на меня повышает голос, но похоже для него все это что-то значит.

Я начала рассказывать все с самого начала и рыжик снова присел напротив. Когда я остановилась, чтобы попить, он с нетерпением уставился на меня.