Двери открываются для готовых служить и обнаруживающих способности руководить предприятием. Сложность дела вызывает необходимость распределения обязанностей и коллективного обсуждения важнейших вопросов. Организационная или административная часть, техническая часть, финансовое руководство обособляются. Американский экономист Кларк различает три категории участников производительной деятельности: представителя разного рода труда, представителя капитала и, наконец, главы предприятия (manager, chef d'entreprise), который устанавливает правильное соотношение между затратами труда и капитала и определяет размеры производства, в соответствии со спросом. Глава предприятия обдумывает не только то, что он сам должен сделать, но и то, что исполняют другие. Он принимает решения. Он руководствуется при этом опытом и фактическими данными; к его услугам статистика в виде различных кривых, хронометраж, стандарты, чертежи. Но часто решение принимается не по этим данным.

Подобно тому, как полководец принимает иногда неожиданное решение, так и предприниматель поражает своих сотрудников и посторонних решениями, которые нельзя обосновать никакими данными или научным предвидением. Он решает согласно своей интуиции. Если он решает удачно, то это его исключительный природный дар. Он кажется тогда посторонним лицам чародеем.

Человек, обнаруживающий подобные способности, может принять на себя руководство предприятием на основе контракта. Но он становится подлинным предпринимателем там, где по характеру дела, как, напр., в анонимных акционерных обществах или в деле исключительной сложности (трест), управление отделяется от собственности, так как нет единоличного хозяина или необходимо пригласить особо опытного и способного управляющего. В свое время в России при посредстве таких управляющих велось хозяйство землевладельцев, обладавших необозримыми имениями в различных губерниях.

Отсюда еще шаг и перед нами хозяйство, управляемое чиновниками. Тресты легко наводят на мысль о возможности перехода предприятий к государству и возложения управления ими, т. е. предпринимательских функций, на наиболее подходящих лиц, в порядке назначения, а не частно-правового контракта.

Такой вывод, однако, неправилен. Существование в наше время большого количества грандиозных коллективных предприятий, организованных преимущественно по типу акционерных обществ, не доказывает, что предприятия могут успешно управляться чиновниками. Фактически акционерными предприятиями руководят лица, обладающие свойствами предпринимателей иногда даже в большей степени, чем владельцы мелких предприятий. Президентами и менеджерами больших акционерных обществ (картелей, концернов, трестов) являются обычно либо инициаторы их возникновения, т. е. предприниматели чистой крови, либо лица, выдвинувшиеся за время службы в частных предприятиях, прошедшие таким образом лучшую предпринимательскую школу, проникнувшиеся психологией предпринимателей и показавшие способность к предпринимательской деятельности и хорошее знание дела. Личная их заинтересованность выражается не только в обладании некоторым количеством акций, но и в тантьемах или бонусах, которые они получают в зависимости от прибыли. Не чиновники и не просто наемные служащие стоят во главе современных концернов и трестов, а лица, избранные группой заинтересованных и опытных капиталистов из своей среды или из преданных делу людей.

Не исключается, конечно, возможность, что крупные предприятия бюрократизируются и попадают в руки мало подходящих людей, не одаренных свойствами предпринимателей, но в то время, как это составляет исключение в частных предприятиях, где при первых же неудачах поднимается вопрос об обновлении руководящего аппарата, в казенных предприятиях это легко может стать общим правилом.

6. История знает немало примеров, когда энергичные и предприимчивые правители брали на себя организацию предприятий государственного масштаба. Проводились каналы и возводились плотины в Китае, создавалась система орошения в Египте. Густав Ваза в Швеции основывал предприятия и содействовал морской торговле. Кольбер насаждал предприятия во Франции, Фридрих Великий был большим хозяином в Пруссии.

В современных государствах уже прочно установилось применение системы государственного хозяйства по отношению к железным дорогам (иначе в США, Англии и частью во Франции) [14] , к почте и к телеграфу (за исключением США). В отдельных государствах существуют и другие государственные предприятия, напр., во Франции Севрское фарфоровое производство, фабрика гобеленов, государственная типография, воды и облатки Виши. В современной Германии национализированы многие виды горной промышленности.

Сходное с государственным хозяйством положение занимает хозяйство муниципальное. Почти все крупные города США приняли на себя снабжение населения электричеством или газом, почти повсеместно города осуществляют снабжение водой, канализацией, очень распространены городские трамваи и автобусы. Муниципальное хозяйство в Японии поставлено очень широко и бюджеты больших городов определяются десятками миллионов. Помимо общераспространенных типов муниципальных предприятий, некоторые города принимают на себя жилищное строительство (Англия), устройство городских рынков, содержание боен, бань, аптек и т. п. Предприятия эти функционируют с различным успехом, но то же самое можно сказать и о частных предприятиях, и они ведь не всегда безупречны.

Никто в наше время не возражает против существования государственных и муниципальных предприятий наряду с частными, но ведь ставится как раз обратно вопрос о том, чтобы предоставить государственному и муниципальному хозяйству возможность поглотить частное. В этой тенденции есть большая опасность.

Известный историк Ростовцев очень подробно описал хозяйство в Египте во времена Птоломеев, когда вся хозяйственная жизнь была подчинена государству. Система эта привела к упадку хозяйства и обнищанию населения. В наше время пример Советского Союза, в течение двадцати с лишним лет не могущего наладить снабжение населения и добившегося некоторых успехов только в области т. н. тяжелой и военной промышленности, но и то с непомерными жертвами и расходами, за счет обнищавшего населения, заставляет относиться с особой осторожностью к проектам огосударствления хозяйства. Этой системе свойственны некоторые органические пороки.

Французский экономист Шарль Жид [15] , очень сочувственно относящийся к муниципальным и государственным предприятиям, признает, однако, что эти предприятия легко могут попадать в руки персонажей, поставленных не по хозяйственным, а по политическим соображениям. Предприятиями муниципальными или государственными, — говорит он, — могут быть преимущественно те, которые достигли такой зрелости, что могут функционировать почти автоматически.

Он опасается также возможности, что муниципальные и государственные предприятия будут придавать меньше значения хозяйственным целям, чем политическим.