Марат ощупью пробрался мимо спальника с неподвижным Андреа, подвесил котелок над едва видным огоньком. Язычок пламени расплылся по днищу, обтек его и как будто бы запылал ярче. Авось хватит, чтобы расплавить снег и хотя бы немного подогреть воду.

– Что там?
– Базиль, который уже больше часа сидел, бессильно бросив руки на стиннер с последним зарядом и невидяще глядя на огонь, приподнял голову.

– Метет, - коротко сообщил Марат.

– Помрем тут, как собаки...
– тоскливо пробормотал Базиль.

Бессвязно в забытьи забормотал что-то Андреа. Марат коснулся костяшками пальцев горячей щеки, потом лба: температура явно подскочила еще на градус-два. Сбить ее было нечем - мешок с медикаментами сгинул в пропасти.

– Помрем, как собаки, говорю!
– повысил голос Базиль.
– Сдохнем к чертям! Делать надо что-то! Делать, мать твою! Чего молчишь?! Ты же проводник!

– Не ори, - оборвал его Марат.
– Метель, снег. Троп не видно. Два шага - и пропасть. И ловушки на каждом перевале. Одна ошибка - и конец. Надо ждать.

– А-а-а!
– Базиль в отчаянии тряхнул головой, ткнулся лбом в стиннер. Замер.

Марат сел напротив - рядом с Андреа, подправил котелок. Снег медленно, неохотно набухал, проседая и покрываясь редкими оспинами проталин.

– А правда, что до войны ты здесь инструктором был?
– Базиль сидел, по-прежнему уткнувшись в колени, и голос его звучал глухо, как из-под земли.

– Правда.

– А то, что вы этих сволочей своими руками обучали, тоже правда?..
– Базиль вскинул голову. Глаза на белом обмороженном лице горели лихорадочным блеском.

Марат молча отвернулся: отвечать было нечего.

***

– Так, Марат, про оборудование я все понял, закупим все, что просишь, - начальник базы, крепкий мужчина с квадратным черепом и мощной шеей, шевельнулся. Упершись ладонями в столешницу, отодвинулся от стола. Стул под тяжелым грузным телом жалобно скрипнул.
– Но я тебя вообще-то за другим звал...

Кабинет, где они беседовали, был совсем маленький: стол, два стула, да шкаф с рабочими папками на полках и кубками-наградами наверху. Марат, оказываясь здесь, всегда мысленно удивлялся, как крупный начбазы умудряется тут помещаться. В окне, наполовину загороженном массивным начальниковым плечом, маячила группа желторотиков, становящихся на крыло. Попытки поймать и удержать ветер в большинстве случаев заканчивались неудачей и кувырком в густую траву.

– Надо тут поучить тут кое-кого. Индивидуально. Начинающего...
– начбазы насупился и исподлобья глянул на Марата.

– Поимей совесть!
– возмутился Марат с полным осознанием своей правоты.
– Я только-только группу отвел. Сейчас не моя очередь на этих... птенчиков. Хочу хоть день-два нормально полетать.

– Да полетаешь ты, полетаешь... Вместе и полетаете. С крылом у этого, новенького, как раз проблем нет. Ему бы только окрестности показать, потоки...

– Что это за новичок такой... развитый?
– с подозрением осведомился Марат.

Позади - от дверей - раздался шорох, Марат обернулся, и челюсть его невольно отпала: в проходе, почти подпирая косяк головой, стоял ящер.

Он был именно такой, какими их показывали по "Новостям": высокий, с перепончатыми крыльями, обернутыми вокруг тела в виде плаща, с вытянутой, похожей на крокодилью, мордой.

– А вот и твой ученик...
– буднично сообщил начальника Базы.

– Меня зовут Хар, - ящер шагнул к Марату, протянул руку - или лапу?
– тонкие фаланги пальцев, обтянутые жесткой кожей с мелкой, почти незаметной чешуей. Марат машинально ответил. Ладонь чужака оказалась неожиданно теплой и по-человечески мягкой, а его общий земной звучал с едва уловимым акцентом.

***

Хар оказался первой ласточкой, как ни забавно это звучит по отношению к мощной чешуйчатой рептилии ростом под два метра и почти с таким же размахом крыльев. Необычные гости вскоре пожаловали и на соседние летные базы. "Осмотреть красоты Ойкумены", - было сообщено в официальных источниках. Да, планета, открытая людьми меньше десятилетия назад, стоила того. И Марат сразу и навсегда влюбился в ее отливающее зеленью небо, в бескрайние горные массивы - рай для летунов, оценил необычные свойства воздуха.

Но все это, непривычное для землянина, было обычным делом для Ящера разумного. Открытая землянами Ойкумена была почти копией Энты - родины рептилий, где эволюция пошла иным путем и счастливый случай стать разумными выпал динозаврам, а не облысевшим обезьянам.

Встреча двух рас на просторах Вселенной оказалась несколько неожиданной для обеих - никто не ожидал такой шутки эволюции. Впрочем, статус-кво был выработан довольно быстро: вы не трогаете наше пространство, мы не суемся в ваше. Никакого взаимодействия, никакого обмена научными данными. Минимальное количество дипломатических отношений. В большей степени это было требованием Совета Гнезд ящеров, с которым ошеломленные встречей с братьями по разуму люди просто согласились.