– Да ничем. Антона судили и лишили магических сил. Он теперь простой человек. Его дядя вышел сухим из воды, прикинувшись, что ничего не знал о самоуправстве племянника. Ему на руку сыграло заклинание забвения, которое начисто стерло воспоминания о последней неделе у всех находящихся в поместье. С ним этот номер, как и с Антоном, не прошел. Они были увешаны амулетами как новогодние елки. Да и сам храм защитил присутствующих от подобного влияния. Так что теперь мы имеем очень злого главу клана ветра, который выкопал топор войны.

– Ты думаешь, он на этом не успокоится?

– Он?
– я фыркнула.
– Ни за что! Такие по своей воле не останавливаются!

Я еще не знала, насколько моя фраза окажется пророческой.

– Хватит о грустном. Уже должны были прибыть ведьмы, пойдем, я тебя с ними познакомлю, - я подхватила подругу под руку и спустилась на первый этаж. С детьми осталась бабуля.

– Добрый день, - поздоровалась я с сидящими в кухне ведьмами и начала знакомить со всеми Лизу. Последней была Ганна.

– Добрый-то, добрый деточка, - сказала она задумчиво, словно разглядывая что-то в Лизавете.
– И давно это у тебя началось?

– Что?
– удивилась Лизка.

– Сны твои солнышко, сны, после которых ты просыпаешься с ужасом и не знаешь куда бежать?

– Как?
– задохнулась Лизка.

– Просто, и я этим даром или проклятием обладаю, - она грустно улыбнулась.
– Ну, так сколько уже?

– Больше года.

– Хм, не все так плохо, - сказала она тихо.
– В ученицы ко мне пойдешь?

– А зачем?
– Лиза все еще ничего не понимала.

– Этот дар, родная, нужно учится контролировать, а то доведут тебя видения до сумасшествия. Еще полгода, год и сны тебя будут мучить все с меньшими интервалами. А потом ты просто не сможешь отличить, где сон, а где реальность.

– Все так плохо?
– Лизка плюхнулась на соседний стул и во все глаза уставилась на Ганну.

– Ну, если необученную прорицательницу найти вовремя и обучить, то совсем не плохо. Так что? Пойдешь?

– А куда я денусь?
– она тоскливо посмотрела на меня в поисках защиты и помощи.

– Лиз, если Ганна говорит, что поможет, значит, так тому и быть. Не переживай, - попыталась я успокоить подругу.

– О чем шумим, барышни?
– на кухню вошел вернувшийся из Европы Ратмир.
– Как там мои правнуки?

– Сопят в две дырки, с ними бабуля, - улыбнулась я.

– Я тогда не буду вам мешать, посмотрю как они.

Вот и еще один обожатель, в долгой веренице таких же покоренных моими малышами. Ратмир над ними буквально трусился, переплевывая в синдроме наседки даже Руслана.

А дальше был праздник, на котором главными действующими лицами были мои малыши, мирно спящие в кроватках. К ним подходили, обнюхивали, чуть склонившись над кроватками и запоминая запах новых правящих оборотней и отходили в сторону. Когда знакомство состоялось со всеми оборотнями клана, я унесла малышей, пусть спят дальше, а мы продолжили веселиться уже не задерживаемые присутствием детей. Танцы, вино, фейерверк - это было самым малым, чем мы могли отметить рождение наших малышей. Я и Руслан были счастливы.

Только двое с тоской посматривающие друг на друга, и не замечающие никого вокруг, были печальны. Лизка и Матвей. Но это уже другая история.

А над кроватками малышей в это время склонилась прозрачная женщина и провела рукой по их головкам.

– Ты сделала правильный выбор внученька, теперь я могу быть свободна, - и она со счастливой улыбкой растаяла.

– Устинья, - прошептал вошедший в это время Ратмир.
– Покойся с миром, родная.

Его лицо озарила грустная улыбка и надежда, что вот там они обязательно встретятся.

КОНЕЦ!