– Чай или кофе? – стюардесса спрашивала уже второй раз, но девушка не слышала её, погруженная в свои мысли.

Так чай или кофе?

Чаю, пожалуйста.

Черного, зеленого, с лимоном, со вкусом черной смородины?

Просто чай, со вкусом чая.

Юлдуз взяла из рук стюардессы пластмассовую чашечку. И посмотрела направо. Рядом спала в кресле её невестка Мухаббат, а на соседних местах племянницы. Девчонкам все было легко и весело. Предстоящее путешествие в Москву было интересным приключением. Настолько захватывающим, что даже слегка отвлекло их от недавней смерти отца. Впрочем, они ещё не совсем понимали это загадочное слово «смерть». Казалось, что большой и сильный отец уехал куда-то, придет время он вернется и все будет как всегда. Для Юлдуз это было первое путешествие в Россию. Но не это волновало её. Саша Ковалев – широкоплечий, голубоглазый друг её детства будет встречать её в аэропорту. Если придет с цветами, значит, думает о том же, о чем думает она! А если без цветов? Нет, лучше не загадывать. Он ей снился сегодня ночью перед полетом. А если то, что задумали друзья Кахрамона опасно? Это точно опасно, а Кахрамона все равно не вернешь! Это мужская игра, и женщин туда не пускают, но можно и проиграть. Тогда пострадают все. Кахрамон, уж какой был сильный и влиятельный, а погиб. И Саша может пострадать. Нетрудно догадаться какая его роль во всем этом. Отец дал ей небольшой сверток для Саши. Приказал отдать из рук в руки. Алишер провел её и невестку с детьми мимо таможни и пограничников. У самого трапа самолета отдал им паспорта.

Саша встретит вас. Все, что он прикажет, делайте беспрекословно. Юлдуз, поговори с ним насчет интернатуры в Москве.

Все будет хорошо, дядя Алишер, не волнуйтесь.

Саша всегда был ей как брат. Но недавно ей показалось, что он смотрел на неё не совсем обычно. Какой-то оценивающий взгляд, что ли. Ну, в общем, так посторонний мужчина смотрит на понравившуюся ему женщину. Она почувствовала это всем существом, кожей почувствовала. И это было необычно и даже приятно. Как легкая теплая щекотка. Она знала, что нравится мужчинам. Её светло-оливковая бархатная кожа, большие карие глаза и, необычные для узбечки, волнистые рыжеватые волосы притягивали взгляды. Хотелось подойти поближе и разглядеть внимательно эту восточную красавицу. Когда Саша улетел, ей вдруг стало грустно. Его образ был у неё всегда рядом с образом брата. Теперь брата не стало, а Саша улетел. В этом было что-то неправильное.

Господа пассажиры, через двадцать минут наш самолет приземлится в столице Российской Федерации городе Москва! Пристегните ремни, приведите свои кресла в вертикальное положение.

Мухаббат, девочки просыпайтесь! Москва!

15

Гигантский аэропорт Домодедово, самый многолюдный воздушный порт Москвы, гудел, шаркал ногами и перекликался на множестве языков. В зале прилета почти не было сидячих мест. Считалось, что встречающие должны приехать сюда перед самым прилетом самолета, быстро забрать своих прилетающих и очень быстро уехать. Люди стояли огромной толпой. Не всем удавалось пробраться прямо к пассажирскому выходу, поэтому люди старались увидеть своих друзей и родственников через головы стоящих впереди «встречающих». Выходящие пассажиры судорожно вглядывались в эту пульсирующую, после каждого объявления о прилете, толпу, желая увидеть тех, кто их ждал. Ожидающие выкрикивали имена прилетевших. Слышно было:

Ира! Ира! Я тут стою! Поверни голову направо, да направо же!

Вася, выходи, не оглядывайся, я перехвачу тебя у выхода с вещами!

Господа! К вашим услугам такси на площадке перед залом прилета! Автобусы отвезут вас к ближайшей станции метро « Домодедовская»!

Десяток картонный плакатов качались над головами людей, призывая под их знамя участников конгресса стоматологов, конференции партии ЛДПР и даже симпозиума экстрасенсов. На нескольких табличках были написаны латинским шрифтом загадочные аббревиатуры, понятные, наверное, только тем, кто их писал и тем, кто должен был прочитать.

Несколько милиционеров, поигрывая резиновыми дубинками, вглядывались в человеческое месиво. Наверное, сравнивали лица стоящих вокруг людей с оперативными ориентировками, полученными накануне. Закон был «на страже».

Озабоченные московские таксисты вглядывались в толпу совсем с другими целями. Опытным взором они мгновенно выхватывали из сонма людей лица тех, кто готов и мог заплатить недешевую цену за перемещение их вещей и драгоценных тел в разные районы столицы. Разноцветные автомобили нетерпеливо поигрывали лоснящимися боками на площади и напоминали горячих скакунов перед стартом. Одни уезжали, другие становились на их место. Поток пассажиров в Домодедово не иссякал ни днем, ни ночью.

Когда Юлдуз, Мухаббат и девочки прошли пограничный контроль и таможню, было уже четыре часа дня. Они вышли с чемоданами, растерянно оглядываясь по сторонам. Тут же, как из под земли, перед ними появились Семен и Саша, вручили каждой по букету цветов, забрали чемоданы и повели к выходу.

Муха, Юлдуз знакомьтесь – это Семен. Он мой друг и охранник. Девчонки не отставайте. Мухаббат, Семен повезет вас с девочками в какое-то очень хорошее место. Доже я не знаю куда, но в очень хорошее. Можете ему доверять полностью. Вы там будете развлекаться, отдыхать, может быть купаться. Сёма, там можно купаться?

Да, сколько угодно. Там, в основном, этим и занимаются. Садимся в машину!

Юлдуз и Мухаббат отвечали односложно, они ещё не оправились от перелета, и окружающая суета действовала на них оглушающе.

Муха, мы сейчас приедем ко мне, вещи положим и тебе с девочками нужно будет ненадолго съездить с Семеном, кое-куда.

Как скажешь, Искандер.

Здесь в Москве я Александр. А вечером пойдем в театр, я билеты уже заказал.

Ой Саша, я устала, да и девочкам лучше отдохнуть. С Юлдуз сходите, ладно?

С удовольствием - сказал Саша и посмотрел на Юлдуз. Она опустила голову, но потом подняла и посмотрела прямо Саше в глаза. Глаза у него были веселые и слегка уставшие.

Семен, сидя за рулем, обернулся к Саше

Сань, нужно, чтобы ты Юлдуз каким-нибудь русским именем называл. Меньше соседи будут внимания обращать. Юлдуз, тебе какое русское имя нравится?

Называйте, Юля. Так меня в Ташкенте русские подруги называли, я привыкла.

Отлично, Юлечка! Если бы я знал, что у Сашиного друга такая красивая сестренка – давно бы уговорил его меня в Ташкент, в командировку отправить.