— Живы все. Райдо увел Тайсаму сразу после того, как принес тебя сюда. В общем, мы победим северян, это неизбежно… Но они не знают страха, и это будет стоить жизней наших магов и воинов.

— Я должен идти, — тело плохо повиновалось мне, отзываясь болью. Голова кружилась, видно, от потери крови.

— Лежать! В таком состоянии ты ничего не сделаешь. Ты же у нас, — Натша фыркнула недовольно, — маг ближнего боя. Воин. А двигаешься сейчас медленней улитки.

— Подлечи, — согласился я. — Мне нужно быть там. Это мой бой.

— Это бой всех нас, — возразила целительница. — И я бы желала увидеть тебя скорее среди своей команды — у нас не хватает лекарей.

— Из меня лекарь никудышный, — криво усмехнулся я. — От жизни лечить у меня получается лучше.

— Упрямый, как всегда. Я уже забыла, сколько раз зашивала твои раны, — покачала головой Натша. — Ладно! Аница, Хита, поможем этому упрямцу. Может, хоть на этот раз не придется его лечить.

— Не надейся, я живучий! — Рассмеялся я и поморщился от боли.

Пара движений рук Натши — и меня окутало легкое забытие. Потом блаженное тепло растеклось по моим ранам, энергия разлилась по телу… Почти все это умел делать и я, но далеко не так мастерски. Хотя восстанавливать чужие силы у меня получалось неплохо. В общем, через некоторое время я если и не был в полном порядке, но передвигаться мог без проблем. Какую-никакую поддержку оказать сумел бы, в общем.

— Спасибо, — кивнул я. — Все же надо было одеть доспех!

Соскочив со своей койки, я размял затекшие конечности, чуть поморщился: рука еще побаливала. Да и шрам явно надолго останется. Да и дырка в животе чувствовалась, однако жить было вполне можно. Еще раз поблагодарив целительниц, я схватил свой меч, который добрая душа притащила сюда вместе со мной, и побежал к Наставнице.

Битва кипела вовсю. Внутренний дворик был весь в бугорках — мне не составило труда понять, что это мертвые тела. Крики, звон стали, стоны умирающих… Харакорцы умирали десятками, но все шли и шли, будто забыв про страх! Маги Обители держались достойно, заклинания прерывали жизнь врага, но есть предел сил у любого чародея. Я не заметил ни одного ледяного мага в окрестности, хотя, быть может, здесь было просто слишком много людей.

— Наставница! — Наконец, я добрался до нее. Волшебница не теряла времени даром, она пользовалась всей своей силой, силой Четырех Стихий, поражая врага издалека. Но даже лучшая чародейка Обители показалась мне уставшей.

— Каэхон? Мне сказали, ты трупом лежишь где-то у Натши! — Резко сказала она. — Молодец, что пришел, каждый маг на счету!

— Что мне делать?

— У нас слишком большие потери. Травест погиб, два его помощника тоже. Много потерь среди воинов и иллюзионистов — для нас это недопустимо! Слишком долго идет обучение, слишком немногие могут пройти его до конца…

— Так что делать мне? — Повторил я нетерпеливо.

— Хочешь рискнуть? — Внезапно Наставница отвлеклась от боя и уставилась прямо на меня. Я невольно содрогнулся.

— Готов!

— Ты не знаешь, чем.

— Пускай, — упрямо возразил я. — Обитель сейчас важнее чьей-то отдельной судьбы, пусть даже моей.

— Слова красивые… Но не придется ли тебе о них вскоре пожалеть? — Наставница тонко усмехнулась. — Каэхон, это не обязательно — Обитель выстоит и так, но потеряет больше людей…

— Если это не моя смерть, то я согласен!

— Это не твоя смерть. Просто все узнают, кто ты на самом деле. Фиолетовые глаза — не единственный признак кхае. Их магия, их мощь, вот что отличает вас от нас!

— Мощь? Я сражаюсь как могу. Я не могу быть быстрее. Я не могу колдовать лучше!

— Вот.

Наставница достала откуда-то из мантии небольшой, до боли знакомый амулет… Плоский, круглый, со множеством рельефных надписей и рисунков. Рука моя будто сама протянулась к этому кусочку металла… Наставница молча отдала его.

— Абатта будет жить, — прошептали мои губы чуть слышно. Я сам не заметил, как амулет очутился на моей шее и удобно устроился на груди, рядом с камнем Хадкитора. Тепло… — Оторо! — Сказал я больше по привычке: амулет прекрасно отозвался и без жестов.

Забытое чувство нахлынуло на меня. Все чувства обострились — казалось, я вижу каждого человека, его эмоции. Райдо, Тайсама, Ширра, Тифа. Все живые, почти невредимые. Какая-то часть меня хотела выйти наружу, выплеснуть всю силу, стать частичкой магии, но на этот раз я был спокоен.

— Контролируешь себя? — Поинтересовалась Наставница.

Я с интересом прислушался к ее голосу. Красивый, затрагивающий определенные струнки… Но немного дрожащий, в чем-то неуверенный. Звуки накладывались на эмоции, что она излучала: аура стала чувствоваться более тонко, немного по-другому. Волнение, настороженность, готовность.