Посмеиваясь, Акирон рассказывал мне о магии битв:

— Все былые маги Смерти, как их называли иногда, Черные Чародеи, были склонны к патетике, может быть — к некоему тонкому чувству юмора. Не знаю. Но еще с очень древних времен идет обычай, давать распространенным заклинаниям имена. К примеру, Веяние Смерти. Патетично, не так ли, Каэхон?

— Не без того.

— По сути — заклинание простое, Оторо, Хорт, Уруз, Архо. Контакт, вложение своей силы-воли, и отделение знаком Управления души от тела. Грубо и действенно, к тому же — обратимо: душа обычно находит путь обратно. Но пока человек без души — им овладевает уныние, проявляется отсутствие желания жить. Но в любом случае, все эти красивые названия, Рука Печали, Аура Вечности, хороши лишь для запугивания, если ты не смог подобраться достаточно близко. А с этим у многих магов, как ты знаешь, проблемы.

Мирные дни закончились в один прекрасный, туманный день… Точнее, в одну не менее прекрасную, туманную ночь. Тайсама и я, как обычно, предавались тренировкам на одной из площадок подальше от живых людей. В мою голову лезли различные мысли, далекие от нашего дружеского поединка, но по большей части ничего серьезного.

— А это что такое? — Остановилась вдруг Тайсама, остановив свое копье у моего лица.

Нервно сглотнув, я огляделся. Ничего странно замечено не было… Все как обычно. Легкий ветерок, девушка рядом, пустынная площадка с парой вбитых в землю столбов.

— И что?

— Туман пропал! — Хмыкнула девушка. — Точнее, он рассеивается, медленно, обрывками… Растворяется в воздухе.

— Надо бить тревогу, — озабочено произнес я. — Тут что-то не то.

— Да ну?

— Угу. Я встревожен. Нужно срочно предупредить Наставницу, а она уже пусть думает.

— Всего лишь туман рассеивается, — фыркнула Тайсама, однако согласно кивнула и первой кинулась в Обитель.

Знакомая дорога, по которой мы бегали уже много сотен раз… Все родное и знакомое, однако теперь даже я заметил отсутствие вечного тумана: стало гораздо суше. Вот и Обитель, обманчиво раскрытые ворота. На страже — знакомые все люди, нас они пропустили без вопросов. Не в первый раз. Как я тогда надеялся, не в последний.

Путеводитель привел меня, как ни странно, в кабинет Наставницы — я-то полагал, она спит. Но нет, великая чародейка, поднимающая что-то там одним пальцем, бодрствовала. Прежде чем я успел постучаться, дверь распахнулась, и эта роковая для Райдо женщина, зевнув, спросила:

— Что не спишь, Каэхон? Мучают какие-то особые кошмары про Абатту?

Я отмахнулся, предпочитая не реагировать на оскорбления моего достоинства кхае: себе дороже. Быстро усевшись на неудобный стул, каким-то образом оказавшийся в кабинете, я сообщил:

— Туман рассеивается.

— Туман? — Удивленно, немного рассеянно спросила Наставница. — Это невозможно.

— Однако это так.

— Шучу, — скучающе сообщила она. — Я это почувствовала. Просто угроза достаточно далеко, и мне хотелось узнать, кто же первый отреагирует.

— Ну, это была Тайсама, — честно сказал я. — Она сейчас наводит «порядок» в своих кругах — со своими воинами-наставниками у нее хорошие отношения.

— То есть наши бравые воины предупреждены? Отлично. Почему же ты…

Ее прервала Натша, что ворвалась в плохо прикрытую дверь со скоростью урагана. Маг-наставница была запыхавшейся, от нее несло раздражением, беспокойством, даже немного страхом.

— Туман… Кто-то смог развеять туман! — Громко возвестила она.

— Натша, девочка, — с иронией отозвалась Наставница. Я с удовлетворением уловил в эмоциях целительницы раздраженное смирение. — Я уже знаю, Каэхон с Тайсамой давным-давно это обнаружили.

— О, Каэхон, и ты здесь, — соизволила заметить меня моя маг-наставница. — Ну, в общем, положение плачевное: половина магов отмахивается, половина озабочены — но состояние почти везде одно, никто не в силах понять, что делать.

— Для начала поднимите всех иллюзионистов, — зевнула Наставница. — Если туман рассеян — значит, у противника есть маги. Наверняка это Харакор, вот только откуда у него маги? Не помню я что-то таких прецедентов. Натша, Каэхон — вы еще здесь?

Но нас там уже не было. Маг-наставница отправилась поднимать всех магов, повесив на меня нашу кафедру. Чтобы не возникало лишних вопросов, я получил небольшой золотой шарик, украшенный различными узорами — знак доверия, небольшой артефакт. Насколько я знал, его сделал когда-то очень давно Акирон — для ученицы своей хорошей знакомой… Странно, почему все же Натша пошла в обучение к Наставнице, а не к моему учителю?

Я пробежался по коридорам, где располагались комнаты преподавателей нашей кафедры, стучась повсеместно и слепя глаза спящим магам амулетом Натши. Вопросов ни у кого не возникало: желания связываться с неуравновешенной магом-наставницей не было ни у кого.

Акирон дремал в кресле, рядом лежала книга. Заслышав скрип двери, он лениво открыл один глаз и спросил:

— Каэхон, что тебе нужно? Время обучения — день, а не ночь. Ну самое позднее — вечер!

Я продемонстрировал ему артефакт, но он не произвел на мага никакого впечатления… Пришлось объяснять все с самого начала.