– Вот оно как… нужно запомнить.

– Запоминай, – сказал Дима негромко. – И еще запомни: я тебе это рассказываю не потому, что такой добрый, а потому что Вира попросил тебя, салагу, воспитывать.

– И это запомню, – вздохнул Костя.

Они приблизились к небольшому окопчику. На бруствере обильно желтела высохшая трава. В окопчике под пыльной маскировочной сеткой лежал почти невидимый пограничник. Второй, с винтовкой в руках и допотопным биноклем на груди, из-под сетки выбрался и присел на краю окопчика.

– Гляди, Петро, кто пожаловал! – насмешливо сказал сидящий и встал на ноги.

Пограничники были незнакомые – не те, которых Костя видел в прошлый раз.

Петро что-то неразборчиво пробормотал из-под сетки и принялся тяжело ворочаться – кажется, тоже собрался вставать.

– У меня письмо к зервару, – сообщил Костя, стараясь, чтобы это прозвучало веско и солидно.

– Давай, – с готовностью протянул руку пограничник.

Косте показалось, что спутник внезапно напрягся, однако отдавать письмо кому попало он все равно не собирался.

– Дослужишься до зервара, тогда и отдам, – сказал Костя, вздохнул и добавил: – Извини!

Вышло отменно – получилось и слегка щелкнуть рядовых погранцов по носу, чтоб не лезли не в свои дела, и при этом не очень их разозлить. Костя прекрасно знал, что поборами с транзитных торговцев и контрабандистов рулит лично зервар, а Виорел всегда был достаточно жирным и удобным клиентом. Качать права в степи с перспективой мощно огрести потом от начальства погранцы не решились.

– Пошли тогда, – буркнул один из них и выразительно качнул головой в сторону заставы.

Второй, которого звали Петро, сноровисто скатывал маскировочную сетку в компактный продолговатый куль.

Костя с Димой шли впереди. Пограничники отстали шагов на пять. Оружие они держали наготове и периодически переговаривались, но о чем – было не разобрать.

Примерно на полпути Дима исхитрился сквозь зубы шепнуть Косте:

– Будь начеку! Какие-то они напряженные.

– Язычки прикусили! – недовольно вякнул из-за спин говорливый пограничник.

К удивлению Кости, Дима не подчинился.

– Не в тюрьме, – сухо бросил он, не оборачиваясь.

– Да хер с ними, – поспешно вмешался Петро. В голосе его угадывалась легкая досада вкупе с желанием поскорее прийти на заставу и отделаться от свалившихся на голову ходоков с Земли. – Пусть себе треплются.

Говорливый пограничник выразительно засопел, но перечить не стал. До самой заставы никто больше не проронил ни слова, правда, теперь получалось, что Костя с Димой молчали по собственному желанию, а не в силу подчиненного положения. Вроде бы мелочь, зато какая значимая!

У ворот дежурил один из тех, с кем Костя уже сталкивался, – помнится, этого пограничника звали Олегом. Виорел был с ним в полуприятельских отношениях, насколько это возможно между блюстителем закона – хапугой и регулярно обираемым торговцем.

– Здорово, земляки, – хмыкнул Олег, когда все приблизились.

– Привет, – ответил Костя сдержанно.

Дима промолчал и даже не кивнул.

– Оружие сдаем, – вздохнул Олег, словно извиняясь.

Кажется, в целом он был неплохим парнем, Косте еще в прошлый раз так показалось.

– У меня ничего нет, – простодушно сказал Костя.

Дима не шелохнулся. Автомат по-прежнему висел у него на груди, и снимать его Дима явно не собирался.

– Че неясно? – рявкнул сзади неугомонный напарник Петра. – Ствол давай!

– Не то что? – поинтересовался Дима таким тоном, что Костю аж передернуло.

Некоторое время все молчали, исподлобья зыркая друг на друга. Наконец миролюбиво настроенный Олег примирительно заговорил:

– На заставу вход с оружием запрещен. Вроде бы все это знают.

– Я не собираюсь входить, – сообщил Дима сухо. – Здесь подожду.

Олег озадаченно поглядел на него, потом на Костю, потом опять на Диму.

– Ладно, – пожал он плечами. – Жди, если хочешь. – И уже Косте: – Чего в сумке?

Костя с готовностью снял распущенную по максимуму лямку через голову, но даже пряжку расстегнуть не успел: Дима вдруг молниеносно выпростал руку и сцапал сумку за клапан.

– У меня побудет, – сказал он. – Давай иди!

Напарник Петра сквозь зубы выругался, но снова влезать не стал. Косте показалось – просто не посмел. Побоялся.