Одновременно годовой заработок Бориса на должности топ-менеджера (то есть директора по развитию, ага) всего лишь два раза успел превысить 100 тысяч долларов – соответственно, это случилось за последние 2 года два раза.

Зависть росла, ширилась, крепла, раздувалась, размножалась и вообще освоилась и начала чувствовать себя как дома. Борис тоскливо подумал, что, наверное, стоит сказаться больным, похмельным и умирающим, и никуда не ездить, чтоб не созерцать столь безрадостную картину чужого успеха и не отравлять себе этим жизнь.

Но тут же одернул себя – если не приехать, Вадим затаит злобу и начнет тишком и по мелочи, но вредить. А меж тем от этого человека зависела карьера Бориса, — Вадим был ни кем иным, а замом генерального директора (и, до кучи, владельца мебельной фабрики), да и по финансам все-таки. Поэтому не ехать было нельзя: сначала, поди ж ты, Вадик на предстоящую командировку в Китай, где собирались открывать производство, деньги задержит, потом пару платежек стратегическим поставщикам зажмет, а оправдается тем, что свалит это каким-то невиданным образом на Бориса. Борис это точно знал – однажды он уже имел несчастье не явиться на день рождения замдиректора по финансам (ну, баба неплохая подвернулась в клубе, со всеми бывает). Так потом Вадим подстроил ему ненавязчиво пару таких мелких, но вонючих гадостей, что от них впору было лезть на стенку. Борис пометил себе в ежедневнике освоить манеру поведения и подстав Вадима, но так, к сожалению, так и не выяснил, на каких курсах Вадик это учился делать.

Так что в субботу, ближе к полудню, Борис на своем бывалом «вольвешнике», уже успевший нацепить на лицо дежурную дружескую улыбку, вовсю сигналил, стоя перед дорогими сдвижными воротами дачи Вадима.

Ворота откатились, и из них выкатил белый, чисто вымытый Audi Q7 в обвесе S-line.

Борис в который раз безуспешно попытался задавить чувство зависти и заодно придушить выползшую параллельно с этим чувством персональную жабу.

«Вот мудак, - сказала жаба в сторону Вадика, - тратить сто штук на четырехколесную жоповозку. Мы себе такой дурости никогда не позволим!».

«Дура! – огрызнулось чувство зависти. – Если ездит, значит, купил не на последние. Нам до такого финансового положения – как до Китая в позе прачки».

«Интересно, как он сумел скоммуниздить столько денег?
– подумал сам Борис. — И почему я до сих пор не понял, как он это делает?»

Из Audi высунулась чисто выбритая, свеженькая и улыбающаяся мордочка Вадима.

– Ну что? – доброжелательно спросил Вадим, который прямо так и лучился от счастья. – Прокатимся наперегонки до перекрестка? Стелла сейчас шашлыки жарит, приедем – будет радость желудку!

Стеллой звали жену Вадима. Она была прямо идеальным образцом супруги топ-менеджера – холеная, ухоженная, в хороших шмотках, воспитанная, образованная (вроде даже МГИМО у нее в дипломе значилось), не имевшая прежде браков и «левых», а также «правых» детей, короче, безупречная во всех отношениях. Только вот лица ее Борис, как ни старался, так и не мог запомнить. Встреть он ее где-нибудь в городе отдельно от Вадима, так ведь и не узнал бы. У самого Бориса в свое время таких же вот холеных-ухоженных жен было аж две штуки, одна за другой. Прожив с Борисом каждая по году и растратив на ерунду все деньги, заработанные Борей, жены неизменно исчезали. Больше Борису почему-то жениться не хотелось.

«Нет, завидовать нельзя, - Борис прогнал крамольные мысли. – Так никакой карьеры не сделаешь». А вслух сказал Вадиму:

– А то! Поехали!

Конечно, аудюшный бензиновый двигатель 4.2 оставил позади жалкое вольвовское бензиновое же двигло 2.4. Хотя и не «вот так прям сразу», но на длинной прямой «кукушка» Бориса сделала.

На обочине загородного перекрестка, где оба топ-менеджера после «гонки» остановили свои машины, Вадим подошел к Борису очень непринужденно:

– Ой, ну что ж ты так? – спросил он, улыбаясь. – Три корпуса отдал, разве ж так можно?

Вадик до того лучился своей улыбкой, что Борис еле сдержался, чтоб не засветить коллеге топ-менеджеру в табло. Правильно, с какого такого перепуга свеженькая Q7 4.2 с активом 350 коней сделало несчастное и изъезженное XC90, имеющее в своем активе максимум 210 голов того же табуна. Вольвешник подхватывал скорость быстро, но столь же быстро и остывал. А «Ауди», чуть задержавшись на разгоне, наоборот, осваивалась и уверенно перла вперед. И не спасло даже то, что в самом начале «гонки» Борис все-таки опередил «кукушку».

— Бывает, - удержался от засвечивания в табло Борис.

Вадим было повернулся, чтоб пойти обратно к своей «кукушке», но вдруг остановился.

— Знаешь, - проникновенно сказал он Борису. – Попробуй ты обратно. А я – на твоей.

Это была щедрость с его стороны, и сам Вадим это прекрасно понимал. Эдакий красивый жест со стороны победителя, адресованный побежденному.

И Борис, как загипнотизированный кролик, принял из рук коллеги ключ от Q7.

Сейчас бы он, конечно, отбивался бы от этого ключа ногами, руками и другими частями тела. Только тогда, вот именно в тот момент, сил сопротивляться не было.