С противоположного края двор замыкала внутренняя стена с еще одними воротами. За ней виднелось массивное здание с пристроенными к нему башнями. Отсюда уже было видно, что они не так тонки, как ей показалось сначала. Просто очень высокие.

Мольфи слезла с телеги и прошла через дворик. У прорубленной во внутренних воротах дверцы ее уже ждал рослый мужчина в темно-зелёной бархатной куртке с вышитым серебряной нитью филином на груди. Из-за пышных седых бакенбард и рассекавшей всклокоченную шевелюру лысины он сам был похож на филина.

— Ты Малфрида, дочь Торбена, мастера гильдии столяров? — строго поинтересовался он.

Девушка молча кивнула, прижимая к груди узелок с вещами. Голос у человека тоже чем-то напомнил ей уханье филина — глухой и отрывистый.

Человек-филин придирчиво осмотрел ее, потом жестом приказал повернуться. Она развернулась на каблуках, по-прежнему не отпуская узелка.

— Очень хорошо, некрасивая, но чистая и аккуратная. В самый раз.

Человек-филин развернулся и знаком приказал ей следовать за ним. Она покорно зашагала через дверцу, ведущую в еще один дворик, уже совсем маленький, но зато лишенный пристроек. В отличие от первого он был вымощен камнем.

Они пересекли дворик и вошли в двери замка. Сначала Мольфи показалось, что это тупик. Прямо за дверями располагалась глухая каменная стена. Но тут она сообразила, что проходы ведущие в здание расположены с боков.

— Сейчас я представлю тебя графу и его дочери, — заговорил с ней человек-филин, не останавливая своих быстрых шагов, и даже не оборачиваясь к шедшей позади девушке.

Она лишь кивнула, хотя собеседник никак не мог ее видеть.

— Будь вежлива и не говори много. Только отвечай на вопросы. Отвечай кратко — "да", "нет", "не знаю", понятно?

Она снова кивнула. Толи ее провожатый мог видеть затылком, толи просто не допускал другого ответа, но он продолжал.

— Руки держи по швам, не вертись и не глазей по сторонам… И не вздумай ничего трогать.

Она утвердительно пискнула. Голос у нее пропал.

Графа они застали в кабинете на втором этаже. Провожатый вывел Мольфи на середину комнаты, а сам отошел назад, к двери.

— Девушка для вашей дочери, Ваше сиятельство, — неожиданно мягким и вкрадчивым голосом доложил человек-филин.

Граф Орфин Вендран оказался изможденным старым человеком с восковым лицом и длинными седыми волосами. Несмотря на летний день, его плечи укутывала пушистая меховая пелерина. Он что-то писал на лежавшем перед ним листке.

— Минуту, Лотакинт, я только закончу письмо.

Мольфи украдкой огляделась. Кабинет был просторным и почти свободным от мебели. Лишь у тщательно выбеленной правой стены возвышался массивный дубовый шкаф, да напротив входа с противоположной стороны комнаты располагались письменный стол и кресло с высокой резной спинкой, где сидел граф. Сквозь распахнутое окно слева в кабинет врывался дневной свет, бросавший солнечные зайчики на малиновый ковер на гладком каменном полу.

Граф дописал письмо, свернул листок трубочкой затянул шнурком и растопив на горевшей рядом свече сургуч запечатал.

— Когда закончим, отошлешь это письмо Бетиции, она уже должна быть в пути. Позаботься, чтобы курьер с ней не разминулся.

— Слушаюсь, Ваше сиятельство, — человек-филин со странным именем Лотакинт склонился в полупоклоне.

Граф поднял на Мольфи глубоко запавшие глаза.

— Это та самая?

— Так точно, Ваше сиятельство.

— Очень хорошо. Как тебя зовут?

— Малфрида, — едва слышно пролепетала девушка.

Человек-филин позади недовольно фыркнул.

— Очень хорошо. Так вот, Малфрида, ты читать умеешь?

— Немного… Да… Ваше сиятельство…

На этот раз недовольного фыркания сзади не послышалось.

— Прекрасно. Лотакинт, где Уртиция?

— Здесь, отец.

Мольфи увидела, как через дверь расположенную за креслом в кабинет вошла невысокая темноволосая девушка. Несмотря на скромный рост ее нельзя было назвать худощавой, но и излишней полнотой она не отличалась. У нее был приятное узкое лицо с немного заострявшимся подбородком и большие глаза, орехово-карие у зрачка и с тонким зеленым ободком по краю радужки.

— Меня зовут Уртиция, — произнесла она, подойдя к Мольфи, — ты будешь моей горничной. Надеюсь, мы подружимся.

— Надеюсь, Ваше сиятельство — пробормотала Мольфи, попытавшись поклониться.

Уртиция рассмеялась.

— Можешь не звать меня сиятельством…

— Не стоит быть фамильярным со слугами, — назидательно проворчал граф.

Уртиция отмахнулась от него миниатюрной ладонью. Выпрямившись Мольфи увидела, что за графской дочерью через ту же дверь в кабинет вошел пожилой человек в просторном бархатном одеянии и широкополой остроконечной шляпе. Он посмотрел на нее своими бледно-серыми глазами и едва заметно улыбнулся…