В ответ тишина и глубокий вздох незнакомца.

Однако такого потрясения, как пережила в своём видении, ей благополучно удалось избежать. Глупо, но всё равно Оливия едва не заплакала. Хотя спрашивается, чего она ожидала, если в видении чётко узрела, что на этого наглеца магия ведьм не действует. Но в какую-то секунду Ливии захотелось поверить в чудо, что увиденное ранее иллюзорный обман. Как оказалось, зря. Это подтвердили слова ночного гостя, слышанные ею ранее.

— Зря… это на меня не действует. Только раздражает! И если ты закончила со своими шалостями, может, поговорим, наконец? — знакомая пауза, и далее. — Нет??? Что ж… ты меня вынудила!

Ливия вся затрепетала. Этот момент её память частенько воспроизводила, чаще всего на сон грядущий. Только после таких сеансов, в царство снов дорога была ей закрыта, зато царство фантазий распахивало свои врата во всю ширь.

Рациональная и упрямая часть девушки на это категорически возопила: "Нет!". Зато вторая Оливия Уоррен, мягкая чувственная авантюристка нежно мурлыкнула: "Да!". Тем временем сильные руки обвили её, подобно стальным обручам и крепко прижали к телу, опаляющему девушку своим жаром даже сквозь одежду.

— Попалась… — удовлетворённо произнёс он и умолк.

Разумная часть захлебнулась под наплывом чувств, которые обуяли Оливию. Горячие импульсы понеслись по телу, заставляя кровь в жилах раскаляться добела и ускорять своё движение подобно ручейкам лавы. Сердце трепетало и одновременно пело какие-то сумасшедшие счастливые гимны, а подсознание опутала сладкая нега блаженства. Действительность наголову разбила ведение. Его свежее дыхание нежно щекотало и ласкало шею, слегка шевелило волосы на затылке, от чего голова Оливии шла кругом, а ноги подгибались. С ней творилось что-то невиданное и невероятное. То, чему названия Оливии не подобрать, по крайней мере, на данный момент. Словно она была кораблём, который после долгих странствий, наконец, отыскал свой дом, свою уютную бухту. Звучит немного глупо, но именно так девушка чувствовала себя, каждой клеточкой своего существа ощущая близость ночного гостя. Ноздри Ливии трепетали, когда она с наслаждением вдыхала его аромат. Только теперь ей открылось, что от него исходил запах ветра, свежего, горного, обжигающе холодного ветра, вобравшего в себя всю прелесть свободы, гуляя среди величественных горных вершин, одетых в пуховые шапки белоснежного снега и пушистых облаков. Этот дивный аромат в сочетании с пышущим жаром крепкого, как гранит тела, действовал сокрушительно. Незнакомец был ей по-прежнему чужд, и в то же время казалось, будто в этот благословенный миг в целом мире роднее для неё никого не существует.

Только после продолжительного забвения очнулся её уже слегка размягчённый чувствами разум, который мгновенно сообщил о своём пробуждении громкими воплями и угрозами, призывами, чтобы она немедленно пришла в себя. Чувство самосохранения отозвалось и забило тревогу, прогоняя дурман из тела и подсознания. Совместными усилиями они вырвали Оливию из сладких грёз и отрезвили, напомнив о том, в чьих объятиях она предательски нежится.

С тихим стоном, признав неправоту, девушка резко вывернулась и вцепилась в него хваткой дикой кошки и что есть силы оттолкнула от себя. Воспользовавшись трюком, который был очень действенен в видении. Так оказалось и в действительности. По-видимому, незнакомец не ожидал от неё такой прыти и не был готов, так как, подчиняясь силе её толчка, сделал несколько шагов назад и прямехонько попал на освящённое лампой пространство. Ливия шагнула следом, только теперь она была готова и решительно встретила взгляд неестественно ярких, сияющих бирюзовых глаз незнакомца. Заблокировав перед этим свой разум от его воздействия титаническими усилиями воли. Но всё равно, на краткий миг, мир вновь покачнулся и поплыл перед глазами, превращаясь в размытое пятно, центром которого были два голубых лазера, пронизывающих насквозь. Только к подобному она была готова, уже один раз поддавшись, теперь, в последнюю секунду, ей удалось ухватить исчезающую реальность и вернуть на место. Жёстко фокусируя взгляд на своём незваном госте, которого теперь могла разглядеть.

"Хорош!" — подумала девушка, восстанавливая сбившееся дыхание, пока, не торопясь, дюйм за дюймом разглядывала его.

Сногсшибательным красавцем ночного гостя нельзя было назвать, но всё равно, любая девушка, женщина, лишь раз его увидев, никогда не смогла бы забыть и выкинуть из головы. Красивого знойного мачо, которого с успехом рекламировал Голливуд, парень, стоявший перед ней в небрежной позе в желтоватом свете настольной лампы, разбил бы на голову, особо не стараясь. Если к тому же при этом не принимать в расчёт аквамариновые глаза, из которых на тебя словно лился небесный свет. Ливия посчитала кощунством, что он до этого прятался во мраке, скрываясь от её глаз. То, что она сама поступала так же, девушка благополучно позабыла.

На вид ему было примерно 22–23 года, хотя точно не скажешь. Высок, как она и предполагала, широкоплеч. Чёрная шёлковая рубашка, в которую парень был одет, весьма эффектно подчеркивала достоинства его великолепного торса. Спину девушки до сих пор покалывало от того, что он прижимался к ней. Да и вообще сложён незнакомец был первоклассно, напоминая древнегреческого бога. Так же у нахала были узкие бёдра и длинные ноги, обтянутые тёмными джинсами. Лицо мужественное, с твёрдым подбородком, говорившем о решительности и некоторой жёсткости нрава. Прямой нос, смолянисто-чёрные брови и чувственные, красиво очерченные губы. Ливию мгновенно посетила шальная мысль проверить их мягкость, заставившая сердце пропустить удар. В данный момент их искривила легчайшая улыбка. Вызвавшая двоякую реакцию у девушки: с одной стороны, было раздражение, связанное с подозрением, что смеются над ней; с другой — чувственная дрожь, пробежавшая вслед за этим по телу Оливии.

"Глаза…" — девушка вздохнула, вновь вернувшись к этим аквамариновым лазерам. Только теперь они излучали мягкое сияние, словно он приглушил их разрушительный свет, который она ощутила в первый миг. Хотя лёгкое раздражение всё ещё плескалось на донышке его глаз. Их немного оттеняли длинные и чёрные, как вороново крыло, ресницы и такие же локоны волос.

Незнакомец достойно и невозмутимо выдержал столь пристальный осмотр, ничем не выдав своё недовольство, если такое испытывал. Но, заметив, что Ливия закончила его пристальное изучение, парень, будто в отместку, начал демонстративно разглядывать её. Делая секундные остановки на заинтересовавших его больше всего участках тела Оливии. При этом он был по-прежнему абсолютно спокоен, а во взгляде хоть и был интерес, но даже проблеска желания девушка не заметила. Это был единственный случай в жизни Лив, когда парень нисколько не отреагировал на её красоту после продолжительного созерцания должным образом. То есть не упал на колени, трепеща от желания и восхищения, или не рассыпался в хвалебных дифирамбах. Ливия старалась не покраснеть и сохранить невозмутимость, только предательский жар всё равно подкатывал к щекам, заставляя их расцветать алыми розами. Рука чесалась от желания дать пощёчину наглецу за такое неуважение. Мысленно девушка вознесла благодарственную молитву, что не успела переодеться ко сну, прежде чем пойти за ответами на свои вопросы в библиотеку. От сознания того, что она могла бы предстать перед ним в своей ночной рубашечке, представляющей собой летящую вещицу бледно-розового шёлка и кружев, которая больше открывала, нежели скрывала ее тело, Ливия буквально вся запылала. Так что просторная белая футболка с Микки Маусом и шорты были просто спасением.

Девушка постепенно начинала сердиться на себя, но больше всего на этого чересчур наглого незнакомца, столь бесцеремонно ворвавшегося к ней в дом, заставлявшего нервничать и переживать целый ураган чувств, расшатывавшего его нервную систему. Сам же негодяй словно не замечал её нервозности, сохраняя спокойствие с оттенком лёгкой скуки на лице. Да и вообще от всей его статной фигуры веяло неоспоримым превосходством и силой, заставляющими её сердце замирать, а кулаки сжиматься.

— Кто ты? — спросила Ливия, поморщившись, услышав, как хрипло звучит голос.