Можно было и у Тони заказать, но…

Далеко и ломово, если честно.

Мысленно попросив Звезды, чтобы никто не стал делать лучше, выбрался из фрегата и выбрался наружу, в яркое, зелено-синее лето.

С мошкарой, с пролетающими над головой самолетами, с запахом цветущих трав.

Настоящее, Алтайское лето!

Повалявшись в траве, закрыл глаза и вновь принялся рассчитывать свои шаги.

Первый и второй шаг – восстановить корабль и разобраться с искинами – завершен.

Следующий – ходовые испытания.

Набор и обучение экипажа.

Пополнение запасов.

Отлет.

По сути – просто.

А вот поди ж ты, всплыли «надувные баки» и вот еще плюс неделя.

А с набором экипажа совсем плохо – молодняк не годится, совсем!

Нет, не потому что они не больны космосом, а потому что они вообще ничем не больны.

Они едва шевелятся и, в случае чего, сбегут от опасности раньше, чем она их коснется.

На данный момент, из 45000 полученных анкет, от «лиц» 21-45 лет, на установку нейросети и, соответственно, потом в экипаж, можно взять восьмерых.

Остальное – либо шпионы, либо упоротые психи, либо мертвый молодняк, считающий, что они все – яркие индивидуальности с неповторимыми талантами и ощущениями.

Ага, через одного с «неповторимыми» и у каждого первого «ощущения».

Ладно, пусть их.

Все равно до сбора экипажа еще не меньше трех недель, а то и месяца, к этому времени, глядишь, еще человек пять-десять наскребу!

Ну, да…

Мне не нравится местная молодежь.

Супергерои их развратили, а «некая общность» создала инертную массу узкоспециализированного быдла, у которого из общих увлечений исключительно «здоровый образ жизни».

Да, есть уникумы, но, исключение из правил, как правило, подтверждает правило…

– Так и знал, что ты на солнышке греешься… - Чувак в синем трико и красных трусах поверх него, мягко опустился на землю рядом со мной. – Стареешь, да?

Эх, знал бы Супс, сколько же мне лет на самом деле, вряд ли бы о возрасте разговор завел!

– Дэн… - Супермен уселся на траву рядом, сорвал зеленую травинку и сунул ее в рот. – Пфе, какая горькая!

Я хмыкнул.

– Дэн… Насколько правда все то, о чем пишут?

– Если ты о том, что я семейку в кости превратил за сорок часов – то это правда. И тех, в машине, тоже – правда. А вот все остальное – враки. – Я вздохнул. – За мной есть грехи, но вот насчет массовых убийств на этой планете, это лучше к «Защитникам», у них это круче всего получается…

– То есть, ты никому не передавал технологии создания дрон-воинов и оружия с обедненным ураном? – Супс поправил плащ и уставился на меня, видимо, попутно считывая своими глазищами, мои данные и проверяя, не совру ли я.

– Сальма Джонсон. – Я вспомнил негритянку, с которой так и не поговорил о ее, явно арварских, корнях. – Может быть, она и не при чем, но… Поспрашай. А чтобы уж точно пошла на контакт… Скажи так: «Сах ми шае, сах он кан, угр ла андусканн».

– И что это значит?

– «Силы ночи, силы дня – одинакова херня»! – Разумеется, перевод был очень вольным, но эту пословицу знает каждый, кто хоть на секунду прикасался к культуре Арвары.

– Это не могли быть Тони с Брюсом? Ведь они сейчас разбирают твой корабль, а там куча всего… - Супс явно интересовался не просто так, так что пришлось его успокоить.

– Супс… Вот представь себе, что все, что на корабле, это алюминии, сталь, чугун и десяток давным-давно известных на планете Земля, сплавов. Все – одним куском. Ни печатных плат, ни блоков, ни спецификаций. Только металлы. Без пластиков. Без органики. По внешнему виду понятно, что вот это – оружие, а вот это ванна. А на деле – инженерный мультитул и медкапсула.

– То есть – точно нет?

– То есть – точно сложно. – Я рассмеялся, вспомнив, как буквально вчера объяснял Шайти, что невозможного нет. – Если внутренности сложнейшей ракеты, напичканной тоннами электроники и взрывчатого вещества, превратятся в единый монолит из однородного материала, у тебя будет возможность понять, что это – ракета, но вот принципы ее действия – нет.

Эх, нет тут «Старика Хоттабыча» с его нефритовым телефоном…

– То есть, есть вариант, что кто-то все-таки смог проникнуть в идею и воплотить ее?

– Варианты есть всегда. – Я развел руками и вызвал по нейроузлу Шайти, попросив его выпустить наружу один из десяти восстановленных боевых дронов, для демонстрации. – Вот, смотри, на «Ипохондре» были дроид-системы седьмого-восьмого поколения.

Дроид подлетел к нам, покрутился, продемонстрировал оружейный обвес, укутался маскировкой, вышел из нее, распахнул пару технических лючков, чтобы Супс смог заглянуть внутрь.