– Андрей! – восторженно встретила его жена. – Андрей, это девочка! Представляешь, девочка! Андрей!
– Марий! – Никитич строго посмотрел на жену. – В полицию звонить надо.
– Не отдам! – гневно распахнула глаза Марийка.
– Ты с ума сошла? – майор неопределенно взмахнул рукой, в которой держал корзину, и оттуда вдруг выпала еще незамеченная записка.
“Позаботься о ней. Это твоя дочь”.
Глава 1
– А-а, а-а, а! А-а, а-а, а!
Вымотанная Марийка качала своего очередного сына на полусогнутых ногах…
Малыш явно мучился животиком и никак не хотел засыпать. Канючил, корежился, искал мамину грудь…
– Баю-баюшки-баю… – напевала почти сорвавшимся голосом роскошная темноволосая женщина. – Не ложися на краю…
В глаза ее будто песка насыпали, в ушах звенело, в ногах гудело…
Или наоборот… Деревенская знахарка уже не понимала… Она испробовала все рецепты, однако… Мальчик! А у мальчиков всегда сильно болят животики… Так уж они устроены, эти мальчики… Марийка знала… Этот у нее был четвертый…
Тихо приоткрылась дверь спальни…
– Давай я…. – пробасил шепотом здоровенный мужчина с темной бородой.
Очень тихо, на цыпочках, как умел только он, майор Никитич зашел в спальню, протянул руки.
– Старшие спят, – доложил он жене.
– А этот нет! – прохныкала она.
– Давай я поношу, ты хоть приляг…
Майор, несмотря на сопротивление жены, перехватил из ее рук своего младшего сына…
Марийку с ребенком уже две недели как выписали из роддома, но звали парня по прежнему “Кнопик”.
Марийка настолько хотела девочку, что мальчику даже имя не придумывала, а сейчас ей все казались неподходящими…
– Миша, Саша и Леша у нас есть, – жаловалась мужу она. – Я исчерпала список своих любимых имен!
Майор жену не торопил, но звал сына по-мужски – Андреичем!
– Ну, иди сюда! – Никитич подхватил сына.
Тот еще почти полностью помещался в папину ладошку…
Майор замер, задержал дыхание… Старый циничный вояка, думал ли он когда-нибудь, что судьба подарит ему такое счастье!
Первые дети… Первые трое появились, когда Никитичу было уже за сорок. И сейчас вот этот… Не сказать, что нежданный, но и не то чтобы запланированный…
Но счастье, совершенно точно счастье!
Майор улыбнулся, прижал скрючившийся комочек к своей широкой груди, накрыл его ладонями…
– Что? Хорошенький? – подмигнул он рыжему коту, зашедшему вслед за Никитичем в спальню.
Помесь мейн-куна и среднерусской рыси нервно дернула хвостом, запрыгнула на прикроватную тумбу и уселась в позе сфинкса.
– Пост принял? – усмехнулся майор и аккуратно дернул кота за ухо.
Это мог позволить себе только Никитич…
Хотя нет… Не так… Позволить себе это могли все, а вот остаться после этого целым и безнаказанным мог только майор… Ну и его сыновья!
– М-м-м-м! М-м-м-м! – красивым басом мурлыкал Никитич.
Его младший сын, то ли устав окончательно, то ли перестав раздражаться из-за запаха мамы, наконец расслабился, растекся по папиному предплечью…
– М-м-м-м! М-м-м-м! – майор улыбался, поглаживая кончиком пальца носик, ушко, лобик…
Андреич уснул…
Майор подхватил с кроватки одеялко, укутал крошку, аккуратно, чтобы не спугнуть чуткий сон, уложил малыша в специальный кокон меж родительских подушек и на цыпочках направился к двери.
Рыжий проводил хозяина золотистыми глазами и прыгнул на кровать.
– Охраняй! – дал своему сторожевому коту задание майор и прикрыл дверь.
Заглянул по пути в большую детскую, убедился, что старшие сыновья действительно спят. Все трое. И пошел в гостиную…
– Неужели? – почти простонала Марийка.
– Спит! – довольно пробасил майор, усаживаясь около жены. – С ним Рыжий!
– Ну тогда, – Марийка лукаво прищурилась, потянулась к мужу, – может быть, – она положила ладонь на его широкую грудь, – мы с тобой…
– Квя-а-а-а! – раздалось громко на всю округу.
– Блин, сейчас еще старших разбудит! – подскочила Мария.
– Да спал же! – стыдливо пробубнил майор, спеша за женой.
Соколовские распахнули дверь спальни, ворвались…
Из тишины темной комнаты на них недоуменно смотрел кот…
– Спит? – спросила мужа удивленная Марийка.
– Спит, – словно не веря сам себе, отозвался Андрей.
– Странно…
Они синхронно отступили назад, закрыли дверь…
– Квя-а-а-а!
Снова спальня! Снова темнота и… кот…
– Спит! – Марийка уже почти злилась.
– Может, он во сне? – склонился над сыном Никитич.
И тут снова очень громко и четко раздалось:
– Квя-а-а-а!
И совершенно явно не из спальни!
Соколовские переглянулись.
Майор шагнул к окну, отвел занавеску.