Рявкнуть не получилось. Не вышло даже что-то сказать. Из горла, мигом резанувшего страшной болью, вырвался какой-то жуткий сип. Я испуганно распахнула глаза.

— Хвала Эрии! — Незнакомка выдохнула эти слова с таким облегчением, что я оторопела. — Не пытайтесь сейчас что-то сказать самостоятельно! У вас повреждена гортань! Не делайте себе хуже!

На пару секунд я буквально впала в ступор. Повреждена гортань? Что стряслось? Не верить незнакомке причин у меня не было. Слишком уж перепуганной она выглядела. Да и горло у меня болело так, что сомнений никаких не оставалось: травма точно была. Вот только откуда?

Память проснулась, стоило только задать себе вопрос. Я вспомнила и визит в поместье Рамины, и нашу прогулку вдоль шеренги обнаженных рабов, и нападение явно чем-то одурманенного парня. Тревога вспыхнула внутри меня пожаром: что с Алиарной?

Наверное, что-то отразилось в моих глазах. Потому что незнакомка обеспокоенно выставила вперед ладони:

— Молчите! Эрна Энжелин, вам сейчас нельзя говорить! Вот, — она обернулась и что-то взяла у себя за спиной, — если хотите что-то сказать, наберите текст на планшете! Так для вас будет лучше.

Не скажу, что такой способ общения очень хорош. Тем более, что у меня подрагивали руки. Но все же я сумела набрать вопрос и уставилась на незнакомку в ожидании ответа.

«Что с эрной Алиарной? Она пострадала?»

Молодая женщина облегченно выдохнула, прочитав текст:

— Эрна Алиарна в полном порядке. Только испугалась. Это она и вызвала службу безопасности и медицинский патруль. — Немного помолчав, она добавила несколько нервным голосом: — Хвала Эрии, что у вас есть такой раб! Он спас вам жизнь, хоть мне сейчас и неуютно под его взглядом.

Она нервно хихикнула. А я озадачилась: у меня есть раб?! Это еще что за новости? Я точно помнила, что в Дом Советов мы с Алиарной приехали вдвоем. Маркиаль отправился покупать мне одежду и должен был потом присмотреть, как нас устроят во флигеле. Да и у блонды я не успела никого выбрать. Так откуда у меня раб?

Я потянулась к планшету, чтобы набрать вопрос. Хотя внутренне и сомневалась в целесообразности задавать столь щекотливый вопрос посторонней. Но в этот момент в поле моего зрения появилась голова Алиарны:

— Лина, девочка! Хвала Эрии, ты жива! Я думала рехнусь от ужаса, когда этот раб бросился тебя душить! Как ты?

Тут встряла незнакомка, в которой я признала медика:

— У эрны Энжелин повреждена гортань. Ей сейчас нельзя говорить. Тут я ничем не смогу ей помочь. Только инъекции сделала, чтобы уменьшить боль и отек. Эрну Энжелин нужно как можно быстрее доставить в клинику и поместить в медитекс. — Я изумилась. Во всей Вселенной давным-давно от использования медитексов отказались. Дорого, громоздко и неэффективно. На смену им давно пришли медкапсулы. Неужели Эренсия настолько отстала в этом плане? — Если есть срочные вопросы, пусть эрна Энжелин наберет ответы на планшете. А вообще, разговор лучше отложить на потом.

— Надолго? — Полным озабоченности голосом поинтересовалась Мирайя. Оказывается, она тоже была рядом. — У меня есть ряд вопросов к эрне Энжелин. И задавать их лучше без планшета.

Безопасницу я не видела. Но, судя по голосу, она стояла где-то совсем близко. Впрочем, ее присутствие и не удивительно. Куда удивительнее было бы, если бы безопасность проигнорировала столь вопиющий скандал — нападение на инопланетную гостью с целью убийства. В том, что цель была именно такая, я не сомневалась ни секунды. Тут гораздо удивительнее было то, что я осталась жива. Видимо, все же нападающего достаточно быстро от меня оттащили.

Медичка неуверенно ответила Мирайе:

— Точно сложно сказать. Нужно полное обследование. Но как минимум три часа медитекса будет точно.

Мирайя озабоченно хмыкнула:

— Но сегодня мы сможем поговорить?

С ответом встряла Алиарна, неумолимо отрезав:

— Уверена, Найла и ее команда сделают все возможное, чтобы поставить Лину на ноги как можно скорее! Мирайя, давай уже их отпустим в клинику! Мне не по себе от того, что Лина пострадала из-за моей беспечности, и что из-за промедлений ей может стать хуже! И да, я настаиваю, чтобы раб Лины постоянно находился с ней рядом и следил за ее безопасностью!

— Не возражаю. — Это Мирайя.

— Но клиника?.. Там стерильная чистота!.. — Это испуганная медичка.

Али сердито сдвинула брови:

— Лина тоже не слишком подходит под определение «стерильной чистоты», но тебя, Найла, это не беспокоит. Поэтому и присутствие раба переживешь. В конце концов, если это так важно, обработай его чем-нибудь!

— Я бы хотела допросить и раба. — Задумчивый голос Мирайи заставил медичку с надеждой посмотреть на Али. Но Алиарна была непреклонна.