Я в ужасе все выслушала…

Так продолжалось до вечера. Дома Алексей якобы сидел за столом на кухне, напротив меня, да не один! А с Шаманом. Попросил налить ему воды (что я реально и сделала, поставив полный стакан воды перед несуществующим собеседником), и сказал, что простил меня, дуру стоеросовую, а потом велел покаянно произнести: «Я больше не бу-у-уудууу!!!..» ~

Затем миролюбиво добавил, что велит своим солдатикам меня больше не беспокоить, но парочку оставит пока для контроля. И как только у меня в голове появится слово «пробуждение» или «просветление», они сразу накинутся на меня, долбать мозг.

Я купилась опять на все (полное ИСС), разговаривала, как с живым, пообещала купить ему большой кристалл горного хрусталя, и даже записала размеры на заказ (бумажка до сих пор лежит в письменном столе, как памятник происшедшему). Он заявил, что отныне я под его защитой, но намекнул, что бесплатный сыр только в мышеловке, так что либо секс, либо деньги. Я немного подумала и выбрала деньги, добавив, что сейчас их немного, но скоро дадут зарплату…

Он ответил, что знает про все мои сбережения, поэтому не торопит, но когда понадобится, я должна быть готова! Еще отметил мое чудесное воображение и образы, и спросил, а вижу ли я то, что мне посылают другие? Я ответила, что не знаю, но это было бы любопытно.

Мы решили попробовать провести эксперимент. Я напряглась и стала всматриваться в темноту перед внутренним взором… Ничего не было.

Наконец — о чудо! — в поле зрения нарисовалась какая-то примитивная звезда с глазами, нарисованная словно ребенком, белым карандашом на черном фоне.

«Звездочка! — воскликнула я, — с глазами.»

«Отлично! А теперь?» ~

Потом были цветочек, человечек, навесной мостик и еще всякая хрень. Но я все угадала!

«Да ты телепатка!» ~ — воскликнул А. «Все, будешь моей ученицей, беру тебя под свое крыло.» ~

«Только в меня лезть не надо!» — заметила я, чувствуя, что какая-то энергия физически вьется около таза.

Какое счастье! Я — под крылом пробужденного адепта!

Когда я легла спать, раздался хохот, мне объявили, что меня опять одурачили, и завтра придут опять, с новым сценарием. Я огорчилась, но уже как-то спокойно, устало и фаталистически. Просто поразилась в очередной раз своей невероятной доверчивости, стойко перенесла очередной удар судьбы, и с трудом заснула под крики в голове.

(очевидно, сдвиг сознания полностью изменил логические критерии восприятия мира — прим. мое позже)

10.10.13

Праздник продолжается.

Ночь.

Медкорпус, «астральное» хирургическое отделение. Снова попытки меня пробудить.

Я жалуюсь «Владимиру Ивановичу» на злое обхождение со мной — что его подопечные меня постоянно матерят, ругают, издеваются, чем довели до полной истерии.

Начальник в очередной раз требует объяснений от своих подчиненных: докладные на стол, всех разгоню работничков, и т. п.

Я слушаю это уже с некоторым подозрением, потому что ощущается смутное дежавю. Потом прошла череда образов, красивых и замысловатых, но довольно шизоидных и неустойчивых. Слышу комментарий:

«…Мда, воображение у девочки хорошее, но какой с него толк? Она не может удержать ни одного объекта!» ~

Мне предложили представить ястреба, которого я увидела (и даже сделала фото!) на крыше дачного домика, несколько дней назад. Это было что-то типа теста. Я согласилась, тайно надеясь, что если я что-то правильно выполню, от меня отстанут…

Но проклятый ястреб никак не реализовывался. Появлялся то голубь, то утка. То какой-то монстр с когтями, который тут же расплывался. Я попыталась сосредоточиться на его попе, хвосте и опушенных ногах, так как он был повернут ко мне задом, когда сидел на крыше, и даже насрал на ондулин.

Но голова, шея и крылья не получались никак! Перебрала в уме все образы, которые могла видеть в книгах и в Интернете — не помогло… Мелькнула сова, потом опять голубь. В какой-то момент удалось ясно, как у живого, представить голову, глаз и хищный клюв этой красивой птицы… Но буквально на секунду.

Консилиум остался разочарованным. Повисло тягостное молчание. Я принялась оправдываться, что видела его в основном со спины, а потом меня как прорвало… Пожаловалась главному врачу, как меня мучили его подопечные, как доводили каждый раз до истерики, как пугали смертью мамы, съедением мозга, влезали в тело и насмехались!

Казалось, Владимир Иванович очень удивился таким методам его работников. Начались приглушенные разборки. «Ребята» оправдывались тем, что я закрыта, они не могут открыть у меня ни единой чакры, и мне нужно очень сильное переживание, чтобы раскрыть хотя бы анахату! А таким переживанием может быть только страх или искреннее горе. Меня удивило, что искренняя радость не может считаться сильным переживанием.