Да и что им оставалось делать? Сопротивляться? Один залп огнеметателя — и нет сопротивления. Бежать? А куда? Да и попробуй убеги на своих двоих от рыцаря или оруженосца? Те несколько лошадей, что имелись в распоряжении мятежников, были расседланы и стреножены. К тому же, от рыцаря ускакать можно. А от светового копья?

— Онилия, мальчиков направо, девочек налево, — приказал я, заметив среди пленников трёх женщин.

Было бы странно, если бы их совсем не было. Даже в моей импровизированной армии Онилия не единственная. Хотя три девушки в одном отряде, как еще недавно было у «Фениксов», случай практически уникальный.

Среди наемников есть чисто женские отряды. Один или два. Но встречаться мне с ними не доводилось. Да и слава первого железного маркграфа меня не прельщает.

— Пленников обыскать, связать, обеспечить охрану, и становимся на ночевку, — добавил я, оценивая любезно подготовленный для нас мятежными наемниками лагерь. Ничего особенного: несколько навесов да палаток. Но и это лучше, чем очередная ночевка в кабине. Безопасная, но жутко неудобная. — Утром будет много работы.

— А что утром? — не став утруждать себя обозначением позывного, поинтересовался через амулет Бахал, когда покинувшая «Молнию» Онилия приступила к сортировке и обыску. Заодно отвесив легкий подзатыльник младшему Анку, который явно захотел лично заняться обыском одной из пленниц.

— А утром одни будут заниматься трофеями и пленниками, а другие двинутся к Двум Мостам, — отозвался я. Особой эйфории от победы не было, только чувство легкого удовлетворения от идеально проделанной работы. — Хочу посмотреть, кто это там такой щедрый, раз готов оплатить мне увеличение армии.

Глава 6

Сделанный выбор

Открыв глаза, я пару секунд недоуменно взирал на серый полог палатки, прежде чем сообразил, где нахожусь.

Поверить не могу, что все прошло по плану — редкий случай в моей практике. А как же древняя мудрость, что если всё идёт по плану, то вы где-то ошиблись или это вражеский план? Впрочем, у наемников всё именно так и произошло, так что мудрость правдива.

Правда, сил для удара мятежники собрали не сказать что много. Если честно, то не знаю, что и думать. То ли фольхи меня совсем не уважают, раз решили, что достаточно легкого… даже не удара, а щелчка, чтобы лишить меня титула, а то и жизни. То ли моя провокация с «Садом Наслаждений» удалась на славу. Но есть и третий вариант, самый неприятный. От наемников успеха и не ждали — кинули их на убой. Зачем? Ответ на этот вопрос интересен и мне.

Солнце медленно поднималось над горами, прогоняя прочь холод ночи. Лагерь медленно просыпался, исключая очередную смену ночного дозора, которая поднялась задолго до рассвета.

От захваченной нами в поход полевой кухни, если я вынужден вновь мотаться по этим пустошам, то нужно делать это хотя бы с минимальным комфортом, тянуло ароматным дымком. И я первым делом направился в ту сторону, следуя старой заповеди — подальше от начальства, поближе к кухне.

Хотя, я же тут главный? Но это даже лучше, все следующие этой заповеди свалят подальше и не помешают мне позавтракать.

Война — войной, а завтрак — важнейший прием пищи. Да и делами лучше заниматься на сытый желудок, не давясь голодной слюной.

Быстро получив свою законную тарелку щедро сдобренной тушенкой перловой каши и кружку жиденького чая, я уселся на землю и с аппетитом налег на еду. Не кухня «Мечты Наемника», конечно, и не повар-предатель третьего принца, но горячо и вполне съедобно. С ужином вчера вечером не задалось — мятежников ждали и кухню топить не стали. Так что к утру я порядком проголодался. А на пустой желудок, и соль — сахар.

В любом случае, горячая каша лучше холодных консервов.

Солнце заслонила чья-то тень, а затем на землю рядом со мной присел позёвывающий Абелор Анк, державший в руках такую же тарелку, как и у меня.

— Приятного, Твое Сиятельство, — приветственно махнул он мне ложкой.

Набрался плохого от Бахала, и подкалывает теперь, когда нас никто не слышит. И я ему за это благодарен. Должен же хоть кто-то помогать мне не упасть до уровня других фольхов.

— Как там наши пленники? — поинтересовался я.

Именно люди Абелора отвечали за ночную стражу.

— Сидят себе тихо, ждут своей судьбы, — пожал он плечами, налегая на кашу.

— Бежать не пытались?

— А куда? — удивился он, подтвердив мои мысли. — Лучше расскажи мне, как там мой оболтус поживает?

— Учится, — отмахнулся я.

— Со всем старанием?

— А у мастера-наставника Раншила Толдокара по-другому не бывает, — обнадежил я капитана «Ястребов».

Успокоенный Абелор продолжать разговор не стал, сосредоточившись на завтраке.