— … само, так как тебе сейчас нельзя помогать магией. Ты меня слышишь?

— Да-а, — скривился я.

— Не открывай глаз, пока полностью не утихнет боль, — чуть ли не выкрикнула она, каким-то чутьем поняв о моем намерении.

К моей радости глаза и голова освобождались от этого кошмара достаточно быстро, и все это время я слышал лекцию о том, как себя вести. Со слов преподавательницы сначала я буду плохо видеть, очертания будут мало того что расплывчатыми, но еще будут находиться в тумане. Переходить на магическое зрение можно не ранее чем через два дня. Задал вопрос о том, скольким еще пациентам она устроила подобную экзекуцию. Ответила она не сразу, мне даже показалось, что замялась немного, а потом немного извиняющимся голосом ответила, что я у нее первый. Первым чувством у меня на нее была злость, а потом сообразил, что и ест тот самый подвох — бесплатного сыра не было.

Когда я смог видеть и хотел уйти, то женщина меня задержала и начала расспрашивать обо всем, что я чувствовал по время процедуры. Ее дотошность еще раз подчеркнула, что это ее первый опыт. Я думаю, что еще максимум парочке она откроет бесплатно, а потом начнет брать деньги. Ведь она сказала, что со многими студентами работали их родовые и клановые маги, как раз в этом направлении. Поэтому, на самом деле, открытием магического зрения те занимаются не менее полугода. Хотя какие деньги — это только такие фанатики учебы могут пойти на это. С другой стороны, если у кого-то ничего не получается, а очень хочется и есть возможность заплатить, то она даст столько, сколько она попросит. В итоге ее расспросы закончились и направился домой.

Зрение нормализовалось только утром следующего дня. Но я все равно в библиотеку не пошел, направившись в «Дом искателя». Тая же так загорелась возможностью стать магом, что сама чуть ли не убежала туда искать книги по инициации.

В зале стояла тишина. Искатели с мрачными лицами сидели за столами, почти не разговаривая. Тихонько подошел к барной стойке и шепотом попросил мне местный лимонад. Этот газированный напиток мне очень понравился еще при первом посещении. Хотел заплатить, но мужчина мрачно произнес:

— За счет заведения.

— А что случилось? — также шепотом спросил я.

Он посмотрел на меня, вероятно решая сообщать мне причину или нет, но все-таки ответил.

— Три группы встретились с тремя трансформерами, и в живых осталось только два человека. Те действовали сообща, чего никогда не происходило. Все эти существа всегда были каждый сам за себя, поэтому нам и удавалось с некоторыми из них совладать. В частности, с этими научились воевать довольно успешно. Так что подай, малец, стоит ли тебе идти в искатели.

Новость, действительно, очень плохая. Если они сумеют объединиться, быстро очистят территорию от всех других существ. А если они объединятся с ними? Тогда отсюда надо бежать как можно скорее. Но, я думаю, что главы кланов не дураки, как бы я к ним плохо не относился, и должны понимать опасность. Поэтому рано или поздно должен быть рейд для уничтожения. Сегодня я не стал никого ни о чем расспрашивать, а медленно выпив свой сок, направился домой.

Шли дни за днями и сегодня, спустя три месяца после начала учебного года, я наконец-то направился на практическое занятие по магическому конструированию. А этому предшествовало подчинение своей силы или магической энергии, когда я учился владеть ею. Я потратил целых два урока на это, и думал, что придется купить еще один. У меня никак не получалось выдавить из себя хоть каплю энергии. Удивительным было то, что внутренний резерв я почувствовать сразу, но дальше получился ступор. Первое занятие было общее, но аристократы на нем отсутствовали. Как я узнал позже, то почти все они уже умели оперировать энергией, поскольку занимались в семье. А демоны и эльфы так вообще рождаются уже с этой способностью. Если у них наличествует резерв энергии, то и оперировать могут. У гномов это не так ярко выражено, но при наличии силы они достаточно легко начинают оперировать ею. А вот у людей может бы все, что угодно — от легкого обучения и до того, что кое-кто так и не научился владеть.

Примечательно, что на втором, дополнительном, занятии присутствовали только люди. Причем, большинство были дети богатых людей, которые могли оплатить учебу здесь. Со слов двух из них, у кого, наконец-то, получилось пропустить через себя энергию, я узнал, что здесь, в самом деле, обучение на высоком уровне. В школе, где они до этого учились им так и не смогли объяснить, как это сделать. Вроде бы упражнения одинаковые, может быть, просто так совпало, но здесь у них все получилось.

Я же никак не мог пропустить через себя энергию. Я ее прекрасно чувствовал в себе — этот сгусток, вроде бы делал, как говорил старый эльф-преподаватель, но у меня ничего не получалось. Вот она во мне, теперь я как бы обволакиваю ее, становлюсь ее частью и… ничего. Не получается вытянуть из этого комки ни капли. Наверное, уже тысячный раз пробую что-то сделать, и ничего не получается. Уже отчаялся, как вдруг…

Я не могу объяснить, что произошло на самом деле, но это было похоже на последнюю каплю. Или словно ты хочешь вдохнуть полной грудью и не можешь, а потом раз — и она наполняется воздухом. Мне на миг показалось, что я объял необъятное, и почувствовал, как по моей руке прошла энергия, выплеснувшись вовне. После этого раза у меня снова перестало получаться, но я знал, что могу это делать.

После того случая я усиленно работал со своим организмом, повторяя упражнения, которые узнал на этих двух занятиях. И добился своего! Теперь я достаточно легко получал чувство «объять необъятное», как я его назвал, после которого легко проводил ману через себя. И сейчас, на первом занятии по магическому конструированию, я не переживал, что у меня ничего не получиться.

Кстати, здесь присутствовали не только студенты с небольшими потенциалами. То ли потомственные артефакторы, то ли нравится им это дело, то ли приказ рода или клана. И я впервые увидел темную эльфийку. Все то же самое, что и у светлых, только кожа темно-коричневая, да глаза темно-зеленые. И обучалось их здесь трое, но по поведению понял, что одна из них главнее. Вот тут-то и сказалось то, что у них жуткий матриархат. С девушками те разговаривали нормально, даже со своими светлыми сородичами, а к парням относились как к пустому месту. Да и то иногда было видно, как кривилось их лицо, когда кто-то из них что-то спрашивал. И еще — моя знакомая гнома, с матерью которой я поссорился, тоже присутствовала здесь. Постоянно крутила головой, словно выискивая кого-то, но меня заметила только после прихода учителя, когда группа ребят, закрывавшая меня, расселась по местам.