"Как странно это слышать..."

Он с трудом находил ответ, который не был бы высокопарным.

– Ну, Иисус, пил вино, да?

Белые зубы сверкнули в ее ухмылке.

– Да, но Он не напивался и не качался на люстрах.

Колльер рассмеялся.

– И это то, что случается, когда я слишком много пью, - продолжила она, - так что... это мой предел. Я думаю, что самое меньшее, что я могу сделать, - это не оскорблять Бога, напиваясь в стельку.

Колльер был заинтригован странностью всего этого. Мягкая ругань вперемешку с прозаичным религиозным чувством.

– Мое личное правило - не больше трех в день; писать о пиве с похмелья неинтересно, - затем он посмотрел на свой стакан и понял, что только что допил четвертый.
– Но сегодня я лицемерю. Еще один, пожалуйста. И еще один для Джиффа.

– Большое спасибо, мистер Колльер, - сказал Джифф, невнятно произнеся "большое" и "мистер".

Когда Доминик вернулась с еще двумя, Колльер почувствовал необходимость продолжить:

– Но я никогда не считал, что выпить несколько кружек пива - это такой уж грех. По крайней мере, я надеюсь, что это не так.

– Опьянение приводит к искушению, - сказала она.

Теперь она неосознанно поглаживала свой крест.

– Я определенно был в этом виноват, - признался Колльер.

– Конечно, и мы все это делали. Попытка оставаться трезвыми - это форма покаяния, - но затем она нахмурилась, словно раздраженная собой, - но я не пытаюсь себя святошей сделать. Это просто мое личное мнение. Духовные убеждения индивидуальны. Когда вы работаете в баре так долго, как я, вы быстро учитесь...

– Никогда не говори о религии в баре, - понял Колльер.

– Вы правы. В любом случае, я не хочу, чтобы вы думали, что я святоша. Рассказывать другим людям, как жить, - это худшее лицемерие. Я думаю, что лучше всего показывать свою веру примером, а не болтовней и указанием пальцем. Если вы христианин, иудей, мусульманин, буддист, кто угодно. Живите, а не болтайте, это то, что я стараюсь делать.

"Эта девушка классная, - понял Колльер.

Он также понял, что был наполовину пьян.
– Не строй из себя придурка!"

– Вы не учили меня, как жить, вы просто объясняли, почему вы пьете только одно пиво в день. Пивной снобизм - это сложная наука. Если вы пьете слишком много, вы с таким же успехом можете поглощать "Бад" или "Курс"...

– Потому что никто не может оценить нюансы хорошего пива, не будучи под опьянением.

"Боже, я действительно влюбился в нее", - признался себе Колльер.

Даже ее манера говорить - наполовину разговорная, наполовину философская - казалась сексуальной. Она посмотрела на часы, затем извинилась:

– Мне нужно подняться наверх и проверить сусло. Но, пожалуйста, пока не уходите.

– Не думал об этом. Мне, возможно, даже придется выпить шестой бокал вашего лагера. Видите ли, мои правила довольно быстро вылетают из окна, - пошутил он, - но я могу винить только вас.

– Меня?

– За то, что вы поставщик одного из лучших лагеров в Америке.

Она улыбнулась откровенному комплименту, затем выскользнула через дверь за стойкой бара.

Джифф наклонился, обеспокоенный.

– Чееерт возьми, мистер Колльер. Она сказала, что ей нужно проверить сопло? Она что, имела в виду свою...

Колльер быстро научился хмуриться и улыбаться от удовольствия одновременно.

– Не сопло, Джифф. Сусло. Сусло - это пиво до того, как были добавлены дрожжи и хмель. После того, как раствор сбродит и отфильтруется от излишков белков, он официально становится пивом.

– О, да, ну, теперь, когда я об этом подумал, я почти уверен, что знал это, и, да, чертовски хорошо, что у ее сопла все в порядке. Не то чтобы у меня когда-либо что-то было к ней - ну, знаете, сексуального рода - Джифф произнес "сексуального" по слогам - и я говорю, это ясно как божий день, что она серьезно запала на вас.

Неуверенные глаза Колльера посмотрели на него.

– Ты... правда так думаешь, Джифф?

Голова Джиффа откинулась назад с широкой дерзкой ухмылкой.

– Вот так, мистер Колльер. Ее лицо было прямо-таки освещено, как пинбольный автомат, когда вы с ней говорили все эти пивные разговоры, - затем Джифф хрипло усмехнулся и толкнул Колльера локтем.
– И - о, черт возьми - я могу сказать вам, что кое-кто еще испытывает к вам яростную симпатию, но не смейте говорить, что я это сказал...

– Лотти, - предположил Колльер.

– О, да, конечно, но я не говорю об этой глупой стручковой фасоли. Я имею в виду мою маму.

Колльер был обманут.

"Этот парень говорит мне, что его МАТЬ испытывает ко мне симпатию?!"

– Э-э-э, правда?
– сказал он.

– И я должен сказать вам, что есть парни на двадцать лет моложе, которые постоянно приглашают мою маму на свидание. Да, я знаю, у нее немного обтрепанное лицо, но ее тело это же нечто, не так ли?
– а затем еще один локоть ударил Колльера в бок.