"Что может быть в отвратительном сне с запахом мочи, который мог бы вызвать это?"

Он отступил в спальню и остановился.

Понюхал.

"Это не моча, которую я чувствую... не так ли?"

Теперь это был его разум, он был уверен. Как когда вы бывали в лесу и были уверены, что почувствовали клеща на ноге, но когда посмотрели, ничего не обнаружили...

Он снова принюхался и обнаружил, что единственным запахом был коричный оттенок от миски с ароматической смесью.

"Слава богу..."

Костяшки пальцев быстро забарабанили в дверь.

"Кто..."

Колльер посмотрел на часы и увидел, что у него ещё есть время до встречи с Джиффом. Чёрт! Его эрекция всё ещё была очевидна.

"Спускайся!" - закричал он в мыслях, но, о чудо, этого не произошло.

Он приподнял халат, словно пытаясь прижать оскорбительный член обратно.

– Привет, извините, если не вовремя!
– улыбающееся лицо женщины просияло, когда он открыл дверь.

Это была женщина из Висконсина.

"А?" - подумал Колльер.

– О, конечно, ваш автограф. Я не забыл, - но подумал: "Иисусе, леди! Разве вы не видите, что я только что вышел из грёбаного душа?"

– Мы сейчас с мужем идём ужинать, - объяснила она, - и мы не хотели вас пропустить. О, но и беспокоить вас тоже не хотели.

– О, спасибо, у меня как раз есть планы...
– Колльер старался не быть очевидным каждый раз, когда опускал глаза, чтобы убедиться, что его эрекция не выскочила снова.

Разве это было бы здорово?

– Вот, можете расписаться на этом, пожалуйста? Это был бы замечательный сувенир.

Она протянула ему салфетку с названием гостиницы.

– Конечно, - попытался он произнести это с энтузиазмом.

Мелькнувший взгляд показал её более подробно, чем раньше. Вероятно, десять лет назад она была довольно горячей. Её пышность склонялась к полноте, но она сохраняла некоторую миловидность внутри. Невысокая, с тёмной причёской и... "Сложенная", - он отметил объём плоти, заполняющей бюстгальтер.

Бежевые обтягивающие брюки и простая белая блузка. В остальном скучное лицо и глаза загорелись восторгом от того, что она так близко к "любимому телеведущему".

"Если бы она только знала, - подумал Колльер.
– У меня стояк под этим халатом и телевизионное шоу, которое сейчас закрывают".

– Заходите, дайте мне ручку. И извините за то, как я одет, я только что вышел из душа.

– Вы очень хорошо пахнете!
– восторженно воскликнула она.

Колльер нахмурился на странный комментарий, когда он подошёл к столу, нашёл ручку.

– Вы не могли бы сделать это для Кэрол и Дэна, пожалуйста?

– Конечно.

– О, не могу дождаться, чтобы показать своей сестре! Она будет завидовать!

Колльер закатил глаза и нацарапал на салфетке.

– Вот, держите, Кэрол...

Колльер сглотнул. Она вошла полностью и закрыла дверь, и теперь была освобождена от своей блузки. Она сидела, улыбаясь, на краю кровати.

– Нам нужно поторопиться...

Колльер просто стоял там.

Несколько взглядов вокруг её живота, и он увидел, что материнство оставило на ней серьёзные растяжки. Тем не менее, он нашёл изображение эротичным: вся эта мягкая белая плоть, сидящая там для него.

"Что я делаю?" - подумал он, проводя пальцами по белым чашечкам бюстгальтера.

Она расстегнула его халат, и её глаза вылезли из орбит.

– Я знала, что ты меня любишь! Я поняла по твоим глазам, когда ты увидел меня в вестибюле!

"Что?!"

Его член подпрыгнул, когда её палец провёл по стволу. Он был таким твёрдым, что стучал. Когда она сжала его, она восхитилась:

– Он больше и твёрже, чем у моего мужа!

Колльер направил её руку к своей мошонке.

– Ты не могла бы, как бы, поиграть с ними?
– и в то же время он наклонился над ней. Он начал дрожать, когда её пальцы начали дразнить основание его яичек.
– Давай снимем этот бюстгальтер, - прошипел он, теребя крючки.

Её пальцы замерли в нежелании.

– Я... ну, я...

– Хм-м-м?

– У меня не очень хорошие сиськи. Они какие-то плоские - это от того, что у меня есть дети.

– Плоские? Ты что, издеваешься надо мной?

Каждая чашка была как миска с хлопьями.

– Чушь, - сказал он и расстегнул крючок.

"Боже. Она не лгала..."

Колльер был по крайней мере достаточно внимателен, чтобы вести себя невозмутимо, но без уздечки бюстгальтера её груди вывалились наружу. Он тут же подумал о двух водяных шариках в пластиковых пакетах, но шарики лопнули. Теперь на её груди были два больших плоских мешка плоти с тёмными сосками размером с пивные подставки, покрытыми гусиной кожей. "Крышки канализации", - подумал он.